<<
>>

КАК ЭТО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ

«Выступят порождения драконов Аравийских на многих колесницах и с быстротою ветра понесутся по земле, так что наведут страх и трепет на всех, которые услышат о них».

3-я книга Ездры, 15.

29.

^Z∙ выходом на историческую арену пророка новой рели­гии, ислама — это слово в переводе с арабского означает «покорность» (Богу) — Магомета, или, точнее, Мухамме­да (буквально: «Достохвального»; так был прозван своими арабскими последователями житель священного города Мекки Абу аль-Касим бен Абдаллах ибн Абд аль-Муталлиб ибн Хашим из древнего корейшитского рода Хашимитов, или, по-старому, Гашимитов), изменились весь ход истории и весь облик Ближнего Востока — колыбели Христианства. Ислам как бы наложился на все предшествовавшие ему древние культуры и народности Переднего Востока, и, после утверждения силой оружия своего господства над ними, дал им новый Закон, изложенный в Коране — свя­щенной книге, продиктованной от имени самого Аллаха (Бога) Мухаммеду архангелом Джебраилом (аналогом ар­хангела Гавриила христиан).

В 622 году Христианской эры произошло бегство (арабск.: «Хиджра») Мухаммеда из его родного города Мекки (где ему грозила кара за проповедь нового учения) в город Медину (Ятриб), соперничавший с Меккой («нет пророка в своем отечестве»). А к моменту кончины пророка Мухаммеда в 632 году Христианской эры (или к 10 году Хиджры, по новому мусульманскому летосчислению) он уже был повелителем всего Аравийского полуострова. Его воины-шахиды, одержимые, как исповедники всякой новой веры, религиозным пылом неофитов, устремили свои взоры на «неверный» Запад, намереваясь нести на остриях мечей учение своего пророка и туда. Халиф (преемник, наместник пророка) Омар (Умар), друг и советник Мухаммеда, в 638 году Христианской эры (или в 16 году Хиджры), отняв Свя­тую Землю у христианской (Восточной) Римской империи

(именуемой на латинском языке «Империум Романум», а на греческом, все более вытеснявшем латинский на востоке бывшей Римской мировой державы — «Василия Ромеон» и лишь впоследствии, задним числом, получившей в трудах западноевропейских историков уже после свое­го падения, название «Византийской империи» или просто «Византии», происходящее от первоначального названия ее столицы Константинопо­ля — Византий, куда римский император Константин I перенес в 330 году столицу Римской империи, официально переименовав город во «Второй Рим» или «Новый Рим», в отличие от италийского Первого, Ветхого, Рима на Тибре), завоевал Святой Град Иерусалим — духовный центр всего Хри­стианского мира.

По авторитетному мнению академика Льва Николаевича Гумилева, му­сульманская религия представляет собой, в сущности, вариант раннего, до- соборного христианства, почерпнутого молодым Мухаммедом из разгово­ров с караванщиками и купцами, приходившими в торговые города Аравии и, в том числе, в его родную Мекку, из богатых метрополий Ромейской васи­лии (ставшего грекоязычным «Римского царства») — Пальмиры, Антиохии и Иерусалима. То христианство, которое они проповедовали, было особой христианской ересью — савеллианством, или учением Павла Самосатского (проповедью строгого единобожия, согласно которому Иисус был челове­ком, пророком, но не Богом Сыном, единосущным Богу Отцу) и модализмом (учением о проявлении единого Бога в разных лицах — в отличие от утвер­жденного в 325 году Первым Никейским Вселенским собором Христиан­ской церкви учения о нераздельной и неслиянной Божественной Троице). Савеллианское лжеучение было отвергнуто еще Никейским собором, но сохранилось, даже после проведения в жизнь решений этого собора, в Си­рии и Аравии. Приняв эту христианскую ересь за подлинное христианство, Мухаммед и вообразил себя проповедником истинной веры в Бога ветхо­заветных патриархов Ибрагима (Авраама), Исхака (Исаака) и Якуба (Иа­кова), якобы искаженной как современными ему талмудистами-иудеями, так и христианами господствующей у ромеев-«византийцев» Православной церкви (в ту эпоху православную веру исповедовали христиане не только Востока, но и Запада; разделение христианской церкви на римско-католи­ческую и греко-кафолическую, или греко-православную, произошло лишь в 1054 году, да и после этого официального акта взаимного отлучения от церкви папы римского Льва IX и Патриарха Константинопольского Михаи­ла I Керулария, еще долго носило формальный характер).

Говоря об исламе как религии и об изначально присущем этой религии стремлении к экспансии, необходимо учитывать следующее обстоятель­ство.

С точки зрения ислама весь обитаемый мир подразделяется на три «об­ласти» или «зоны»:

14 Вольфганг Акунов.

Военно-духовные братства Востока и Запада

1) «Дар-аль-Ислам»;

2) «Дар-аль-Харб»;

3) «Дар-аc-Сульx».

Это три «области» или «зоны» обитаемого мира (именуемого древними греками «ойкуменой», а древними римлянами — «экуменой» или «кругом земным», «орбис террарум»), модель которых определяет три «подобла­сти», особый правовой, морально-нравственный и гуманитарный режим действий.

«Дар-аль-Ислам» — это область, в которой проживает мусульманская «община равных» («умма»), объединенная истинной верой в Единого Бога (и не знающая национальных различий). В этой области все устроено в со­ответствии с Божественными Установлениями («волей Аллаха»).

«Дар-аль-Харб» — это область, в которой мусульмане живут под влас­тью немусульман («кяфиров» или «гяуров», то есть «неверных»). Там (вы­ражаясь современным языком) «не действует обычное международное гуманитарное право». Война в этой области ведется по особым законам. Пленных не берут. Дозволено брать в заложники женщин, детей и стари­ков и торговать ими.

«Дар-ас-Сульх» — область, в которой (пока что) нет мусульман. В от­ношении этой области следует в течение десяти лет соблюдать перемирие, после чего необходимо рассмотреть, что делать с данной территорией, как ее захватить и освоить, то есть исламизировать.

В эпоху, предшествовавшую началу периода Крестовых походов, на­чавшегося в конце XI века по Рождестве Христовом, христианская Европа (Западная, Южная и Восточная) стояла перед крайне опасной перспекти­вой постепенного освоения и захвата ее мусульманскими завоевателями.

К 700 году Христианской эры вся христианская восточно-римская (ро­мейская) Африка оказалась под властью арабов-мусульман. Через один­надцать лет охваченные воинственным пылом арабы-мусульмане и об­ращенные в ислам берберы, («мавры») захватили обширные территории царства православных германцев-вестготов в Испании, а в 20-е гг. того же VIII столетия мировая мусульманская держава (Арабский Халифат) со столицей, расположенной первоначально в Медине, затем — в Дамаске, а впоследствии — в Самарре и Багдаде, уже простиралась от Пиренеев и Луары до Индии и Китая.

В 732 году франкскому полководцу Карлу Мартеллу — деду Карла Великого (Шарлеманя) и прародителю всех будущих императоров «Свя­щенной Римской империи» из франкской династии Каролингов — с вели­чайшим напряжением сил удалось нанести поражение войску арабского правителя-вали покоренной мусульманами Испании Абд-ар-Рахману под городом Пуатье и таким образом остановить дальнейшее продвижение ма­гометан в христианскую Западную Европу. Память о поражении, нанесен-

ном франками магометанам при Пуатье, настолько врезалась в сознание мусульман (хотя они еще много десятилетий и даже столетий продолжали нападать и наводить страх на Европу, в особенности — Францию и Ита­лию, отняв у ромеев Сицилию, разрушив в 841 году Капую, подвергнув осаде в 846 году Первый, Ветхий Рим на Тибре, а в 871-873 гг. — Салерно и т.д.), что с тех пор последователи Мухаммеда традиционно именовали всех своих западноевропейских противников «франками». Почти одновре­менно — в 751 году — войско арабского полководца Зияд ибн Салиха, при поддержке тюркского племени карлуков (принявших ислам), разгромило в битве при Таласе армию китайской империи Тан, положив конец пре­тензиям китайцев на Среднюю Азию, ставшую мусульманским регионом (хотя и не сразу). Между прочим, когда автор настоящих строк учился в шестом классе, то в нашем (советском) учебнике истории Средних веков об этой судьбоносной битве было, в вопиющем противоречии с историче­скими фактами, сказано, что китайские войска после упорного сражения, продолжавшегося целый день, разгромили войска арабских захватчиков. Видимо, партийная установка о том, что «Русский с китайцем — братья навек / Крепнет единство народов и рас, / Плечи расправил простой человек, / Сталин и Мао слушают нас! / Москва-Пекин!..» и т.д., еще не была в то время окончательно выброшена брежневским режимом на свал­ку истории. Причем данная китаефильская версия оказалась настолько живучей, что пережила и Сталина, и Брежнева, и Мао, и СССР, войдя и в современные российские издания.

Так, например, даже такой уважае­мый автор, как Вячеслав Олегович Шпаковский, написал на стр. 31 своей весьма содержательной и прекрасно иллюстрированной книги «Рыцари Востока» (М., Поматур, 2002): «В 732 году в битве при Пуатье во Франции войско арабов и берберов было разгромлено франками. В 751 году около Таласа (ныне город Джамбул в Казахстане) победу над ними (арабами — В.А.) одержали КИТАЙЦЫ (выделено нами — В.А.)». Впрочем, это так, к слову...

В результате успешной военной экспансии «народа ислама» западная граница «державы правоверных» — Арабского Халифата — отстояла в VIII веке после Рождества Христова от ее восточной границы на более чем десять тысяч километров. Таким образом, Халифат значительно пре­вышал по своим размерам все предшествующие ему в мировой истории великие державы — Древнеперсидское царство Ахеменидов, государство Александра Македонского, Парфянское и Кушанское царства, Римскую империю и Новоперсидскую державу Сасанидов.

В завоеванных и исламизированных ими, в первую очередь, силой меча (и уж во вторую очередь — силой проповеди новой веры) странах му­сульманские завоеватели столкнулись с высокоразвитыми культурами, которые были ими сохранены и использованы себе на потребу. Речь шла

16 Вольфганг Акунов. Военно-духовные братства Востока и Запада

о древнейших в мире культурах, слившихся воедино благодаря влиянию древних греков и римлян, и позднее заложивших основу всей христиан­ско-европейской культуры и цивилизации. Один из крупнейших куль­турных центров Древнего Мира и раннего Средневековья располагался в Междуречье, Двуречье, или, по-гречески, Месопотамии (в пространстве между упоминаемыми еще в общем для иудеев и христиан Ветхом Заве­те реками Тигром и Евфратом), другой — в Египте. Территории, распо­ложенные между ними, испокон веков были желанным яблоком раздора между господствовавшими на Ближнем Востоке державами. Это состо­яние могло оказаться для них чрезвычайно опасным в случае, если бы Месопотамия-Двуречье и Египет оказались под властью одной державы, проводящей единую политику.

Во все времена, как тогда, так и ныне, Сирия и Палестина в такой си­туации оказывались как бы между двумя жерновами. Сегодня мы даже не можем представить себе, насколько богатыми и процветающими были в прошлом эти неоднократно перемалываемые беспощадными жерновами истории страны, именуемые Святой Землей или Землей Воплощения (Го­спода Иисуса Христа), некогда текшей, по выражению папы римского Ур­бана II, «млеком и медом». Хозяйство этих древних областей, вследствие многочисленных войн, не прекращающихся и поныне, пришло за послед­ние столетия в глубокий упадок, причем оказалась практически уничто­женной древняя оросительная система, а население было поставлено на грань вымирания. В эпоху поздней Римской империи в этой нынешней «святой пустыне» располагалось бесчисленное множество древних горо­дов с сотнями тысяч жителей.

Накануне Крестовых походов в Сирии и Палестине существовали бле­стящие университеты — центры утонченного образования (например, Каирский университет Аль-Азхар или Багдадский университет Низа- мийа, основанный вазиром сельджукских султанов Низам аль-Мульком, о котором у нас еще пойдет речь далее), в полной мере унаследовавшие культуру и науку поздней Античности. Следует заметить, что в предшест­вующую завоеванию Востока арабами-мусульманами ромейскую («визан­тийскую») эпоху даже земли вокруг нынешнего Багдада были населены христианами — как православными, так и верующими, принадлежавши­ми к другим древним христианским церквям. Ведь именно покоренные мусульманами Армения, Месопотамия, Палестина, Сирия и Египет были теми землями, на которых раньше всего утвердилось христианство.

Хотя исламское завоевание не обошлось без неизбежных в таких слу­чаях жестокостей, новые арабские владыки Переднего Востока очень скоро приспособились к новой для них ситуации и всего через несколь­ко поколений полностью растворились в местном населении. Довольно скоро Халифат распался, сохраняя прежнее единство лишь формально.

К началу эпохи Крестовых походов на Ближнем и Среднем Востоке суще­ствовало бесчисленное множество мелких государств, не имевших между собой ничего общего, кроме мусульманской веры и арабского языка (но дружно противостоявших всем «гяурам», «кафирам», «неверным», вра­гам ислама). Этот официальный государственный и священный язык, на котором велось судопроизводство и был записан Коран, объединял все исповедовавшие ислам народы от Индии до Испании и превращал их всех в «арабов» — членов единой мусульманской общины (упомянутой выше «уммы»), независимо от происхождения и даже разговорного языка.

На Западе всех мусульман именовали «магометанами» (по основателю их религии пророку Мухаммеду, которого христиане именовали «Маго­метом»), «сарацинами» (по названию одного из мелких арабских племен, известного еще древним римлянам и игравшего определенную роль в бес­конечных войнах между сначала языческим, а затем христианским Ри­мом, с одной, и аршакидской Парфией, а позднее — сасанидской Персией, с другой стороны), «агарянами» (в честь Агари — наложницы библейского патриарха Авраама, или Ибрагима, родившей ему сына Измаила) или же «измаильтянами» — в честь вышеупомянутого Измаила, считавшегося прародителем всех кочевых племен Аравийского полуострова (просьба не путать с измаилитами, о которых у нас пойдет речь далее).

Чем же объяснялись столь быстрые успехи исповедников новой веры, возвещенной пророком Мухаммедом первоначально лишь арабским пле­менам Хиджаза, а затем — всему миру?

<< | >>
Источник: Военно-духовные братства Востока и Запада / В. В. Акунов. - СПб.: Алетейя,2019. - 328 с.: ил.. 2019

Еще по теме КАК ЭТО ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ:

  1. 7. Гражданское право как наука и как учебная дисциплина.
  2. 45. Деньги как объекты гражданских прав.
  3. § 3. Банковская тайна как публично-правовой институт
  4. 48. Работы и услуги как объекты гражданских прав.
  5. 14. Граждане (физические лица) как субъекты гражданского права и индивидуализирующие их признаки.
  6. 71. Вред как основание гражданско-правовой ответственности.
  7. 23. Юридические лица как субъекты гражданского права: понятие и признаки.
  8. Лексикографическая помета «арх.» как критерий выявления славянизмов
  9. 1.5. Семантика славянизмов как основание интерпретации религиозных мотивов
  10. Церковнославянский язык как сакральное средство богообщения. Понятия и термины славянизм и церковнославянизм
  11. 47. Нематериальные блага как объекты гражданских прав.
  12. 38. Акционерное общество как участник гражданских правоотношений.
  13. 72. Вина как условие наступления гражданско-правовой ответственности.
  14. Фиксация в словарях церковнославянского языка как критерий выявления славянизмов
  15. Глава I. Банковская тайна как объект правовых отношений
  16. 46. Ценные бумаги как объекты гражданских прав: понятие, признаки, основания классифицирования.
  17. Славянизмы как маркеры танатологических мотивов в поздней лирике П.А. Вяземского
  18. 49. Результаты интеллектуальной деятельности как объекты гражданских прав: понятие, признаки охраноспособности, основания классифицирования, виды.
  19. Глава II. Суд как субъект реализации нрава на судебную защиту
  20. ГЛАВА 3. ЦЕРКОВНОСЛАВЯНО-РУССКИЕ ПОЛИСЕМАНТЫ КАК МАРКЕРЫ РЕЛИГИОЗНЫХ МОТИВОВ