<<
>>

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновываются актуальность и выбор темы диссертации, указывается новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, определяются его объект и предмет, раскрываются цель и задачи работы, а также обозначаются методы исследования.

В первой главе «Фразеологизмы с названиями растений с позиции современных лингвистических воззрений» описывается лингвистическая классификация названий растений, дается тематическая классификация фразеологизмов с названием растений, прослеживается история изучения фразеологизмов, описываются различные подходы к анализу ФЕ, характеризуются особенности смысловой дифференциации фразеологизмов с названиями растений и их национально-культурное своеобразие.

В течение последних десятилетий названия растений (фитонимы) стали все чаще выступать в качестве объекта самостоятельного исследования. Фитоним является объектом анализа в психолингвистике, этнолингвистике, культурологии, лингвокультурологии. Большой вклад в исследование названий растений внесли исследования современных лингвистов. В последние годы появилось много работ, которые посвящены анализу таких групп фразеологизмов и флористической лексики, которая входит в их состав в качестве конституирующего элемента (например, работы Е. Ф. Арсентьевой, Б. К. Асиной, Ф. Т. Атамуродовой, А. В. Берестневой, Л. М. Васильева, Н. И Коноваловой, Н. С Котовой, С. А. Кошарной, Е.В. Крепкогорской, О. Г. Рубцова, C. C. Шумбасовой, Пак Сон Гу, Чан Тхи Нау, Ян Жуй и др.).

Названия растений символически могут представлять собой как внешние и внутренние качества отдельного человека, так и выражать культурное национально-историческое своеобразие народного быта и мировоззрения. При функциональной характеристике фитонимов, изучении контекстов их употребления, дополнительных смыслов и парадигматических связей выявляются важные языковые элементы создания картины мира, в которой отражаются внутренний мир человека, эмоции, оценки, взаимоотношения в обществе и другие явления.

В настоящее время в лингвистической науке сложилась ситуация, в которой не представляется возможным утверждать, что в вопросе о классификации фитонимов существует единая система. Различные авторы берут за основу разноплановые критерии, что порождает многообразие сложившихся классификаций, ряд из которых анализируется в реферируемой диссертации.

Русский язык имеет богатейшую фразеологию. Наибольшее количество фразеологических единиц характеризует внешний окружающий мир. Среди них достаточно многочисленными и широко употребительными в речи являются фразеологические единицы (ФЕ) с названиями растений. В русском языке названия растений являются важным фрагментом языковой картины мира славян [Маркова 2008].

Вьетнамские фразеологизмы с названиями растений, посвященные сельскохозяйственным традициям, истории страны разнообразны. Вьетнамские

ученые считают, что фразеологические единицы с компонентами - названиями растений выражают природный код культуры и языка. В рамках этого кода идёт культурное осмысление объектов природы - деревьев, кустов, травы, лесов, гор, полей и т.п. «Растения в языке воплощают национальные образы. Каждое дерево имеет свой уникальный облик в сознании народа» [Нгуен Хуи Кыонг 2011].

Фразеологизм как один из важнейших объектов лингвистики давно стал предметом исследования в науке. В диссертации делается попытка найти и описать лингвистические механизмы формирования семантики фразеологизма и, на этой основе, провести дифференциацию русских и вьетнамских ФЕ с фитонимами.

Поскольку семантика фразеологизма, в одних случаях, напрямую обусловлена семантикой составляющих ее элементов (фразеологические единства и фразеологические сочетания, по В.В. Виноградову), а в иных демонстрирует известную от них автономию (фразеологические сращения), можно и в том и другом случаях говорить о двухуровневой семантике ФЕ - семантике составляющих ФЕ единиц и совокупной семантике ФЕ.

Терминологически в настоящей диссертации мы следуем хорошо разработанной в русской лингвистике теории пропозиции [Падучева 1985], [Кацнельсон 1984], а также - адаптировав ее к нуждам нашего исследования - теории макропропозиции Т.ван Дейка и В.Кинча [ван Дейк, Кинч 1989].

Пропозиция как семантический инвариант, как содержательная основа ФЕ может быть представлена как, по меньшей мере, двухуровневая структура. При этом пропозицию, лежащую в основе составляющих ФЕ элементов, можно обозначить как пропозицию первого уровня или микропропозицию; пропозицию же, лежащую в основе всего фразеологизма, его совокупную семантику - как пропозицию второго уровня или макропропозицию.

Соотнесение этно-маркированных ФЕ, как показывают наши наблюдения, демонстрирует некую вариативность микропропозиций при изоморфизме макропропозиций в соответствующих русско-вьетнамских парах ФЕ. И, наоборот, при сходстве микропропозициональной основы русских и вьетнамских фразеологизмов они могут показывать значительные расхождения в своей совокупной семантике, то есть, на уровне макропропозиции. Динамике данной вариативности посвящена вторая глава диссертации.

Во второй главе «Фразеологизмы с названиями растений в русской и вьетнамской лингвокультурах: сравнительно-сопоставительный анализ» проанализированы образы типичных растений во фразеологизмах в русском и вьетнамском языках.

В первом параграфе «Фитонимы в составе русских и вьетнамских пословиц и поговорок» рассмотрены 59 русских и 26 вьетнамских пословиц и поговорок, содержащих в себе фитонимы, и дана их классификация по критерию выражаемого данной пословицей или поговоркой оттенка значения, на основании которого выявлены три группы: ФЕ с фитонимом с мелиоративным значением, ФЕ с фитонимом с пейоративным значением, ФЕ с фитонимом с нейтральным значением.

В первую группу ФЕ с фитонимом с мелиоративным значением вошло 9 русских и 10 вьетнамских единиц. Наиболее употребительными оказались следующие.

Любить до самой березки - значит любить до самой смерти. Речь идет об очень сильном чувстве, о бесконечной преданности, о любви до гробовой доски, ведь, как известно, березы в России обычно сажают у могил. Транслируемое положительное качество - преданность.

Во вьетнамском репертуаре семантически сходных фразеологизмов березка не фигурирует, но в культурном багаже народа есть сходный концепт и, Л Л

соответственно, семантически идентичный фразеологизм: yeu den chet/ букв.: любить до смерти.

Не жизнь, а малина - привольная, счастливая и беззаботная жизнь. В русском фольклоре калина символизирует обманчивую красоту, горькую долю, и малина является символом сладкой, привольной жизни. Сюда можно отнести обильную еду, удобное жилище. Транслируемое положительное качество - свобода, вольная жизнь.

Семантически адекватными данному русскому ФЕ являются ФЕ вьетнамские:

Tuσi nhuhoa(букв. свежий, как цветы) - иметь веселый вид;

Hien nhu ей khoai(букв. добрый, как клубень батата) - очень добрый.

При общности совокупной семантики фразеологизмов с мелиоративными коннотациями в русском и вьетнамском репертуаре ФЕ наблюдаются обусловленные национальными традициями и укладом различия в семантике составляющих фразеологизм лексем. Так, ум, прозорливость описываются в русских паремиях с помощью лексемы «корень» (смотреть в корень), и данный ФЕ семантически, на уровне макропропозиции, тождественен вьетнамской ФЕ be hat tieu,где вместо «корня» на уровне микропропозиции мы имеем «перчинку». Заботливость, желание оградить любимых и близких от горя и неприятностей, как макропропозиция русского ФЕ держать в хлопочках, где на микропропозициональном уровне мы сталкиваемся с растением «хлопок», выражаются, но уже с иным микропропозициональным наполнением, вьетнамской ФЕ cdy cao bong cd.

Вторую группу ФЕ с фитонимом с пейоративным значением составляют 32 русские единицы и 10 вьетнамских единиц. Например:

Развесистая клюква - невежественная выдумка, которая выдается за реальность. Нелепый образ развесистой или величественной клюквы приписывают, как автору, А. Дюма-отцу, который описывает жизнь в России.

Хуже горькой редьки - очень сильно надоесть, невыносимо осточертеть и т. п. На Руси редька, как и репа, являлись одним из повседневных кушаний.

Стрень-брень с горошком - совсем ничего нет или есть в очень малом количестве (об имуществе).

Соотносимыми с данными русскими ФЕ будут вьетнамские фразеологические единицы:

ngheo rot mung tσi(букв. бедный, как шпинат ) - очень бедный человек;

rau nao sau ay(букв. какие овощи, такие и их гусеницы) - какова яблоня, таковы и яблоки;

coi nguσi nhu rom(букв. относиться к другому как к соломе) - не уважать кого-л., быть равнодушным к заботам другого.

Среди ФЕ с пейоративным значением мы также наблюдаем случаи сходства общей семантики русских и вьетнамских фразеологизмов при вариативности их составляющих. Одно и то же качество - бедность - реализуется в русском и вьетнамском фразеологизмах на основе фитонимов «горох» и «шпинат» соответственно, а для передачи семантики «равнодушие» русские и вьетнамские ФЕ используют на микропропозициональном уровне лексемы «трава» и «солома».

Третью группу ФЕ с фитонимом в их составе с нейтральным значением составляют 10 русских единиц и только 6 вьетнамских единиц. Например:

Времена царя гороха - очень давние, незапамятные времена.

Как [будто (словно, точно)] грибы после дождя [растут] - появляются быстро и в большом количестве.

Во вьетнамском языке:

im nhu thδc(букв. молчать, как зернышко риса);

co gao moi nao ra an(есть рис, значит есть пища).

Соответствующая подгруппа вьетнамских фразеологизмов, наделенных нейтральной коннотацией, демонстрирует важнейшее различие русских и вьетнамских ФЕ: при структурной (деривационной) тождественности русским фразеологизмам фразеологизмы вьетнамские отличаются национально­культурной спецификой: фитонимом, к которому чаще всего реферирует фразеологизм, является базовое для культур Востока растение - рис (не случайно вьетнамскую культуру называют «рисовой» культурой). Это не отменяет семантической общности русской и вьетнамской фразеологий - в обоих случаях отмеченная группа фразеологизмов демонстрирует (на макропропозиционном уровне, относящемуся к целостному высказыванию) нейтральную коннотацию. Но средства конструирования этой коннотации (на уровне микропропозиционном) различаются, и в основе этих различий - различия этнокультурные.

Во втором параграфе «Образ растений и его репрезентация в русских и вьетнамских фразеологизмах: общее в различном» представлены некоторые образы типичных для обеих стран растений, чьи названия включены во фразеологизмы: береза, дуб, осина, липа, тополь, сосна, ель, яблоко, малина, !ге (бамбук), cay da (да), dao (персиковое дерево). Их образы во фразеологизмах рассматриваются в тесной связи с культурой каждого народа.

Так, в русской культуре береза является самым типичным деревом, оно символизирует Родину, Россию. Береза занимает важное место в языковом сознании русских людей. В современных фразеологических словарях зафиксированы фразеологизмы, включающие лексему береза: разделать под карельскую березу (о чьей-л. жестокой, беспощадной расправе с кем-л., тяжелых телесных повреждениях кому-л.), любить до самой березки (любить до смерти), березовая каша (телесные наказания, применение которых

запрещено законом), пень березовый (о глупом, несообразительном человеке) [Сергеева 2012].

Во вьетнамском языке такое же место занимает бамбук (tre),который символизирует Родину. Бамбук тесно связан с жизнью вьетнамцев. Он является символом мужества, стойкости, долголетия и символом вьетнамской деревни. Со своими прямыми, ровными ветками и не опадающими зимой листьями, он означает волю и честность, символизирует совершенного и благородного человека. Во вьетнамском языке существует много словосочетаний, фразеологизмов, включающие лексему бамбук: tre gia mdng moc(молодое поколение), tre gia khδ uon(старый бамбук как старый человек), mot canh tre, г

ndm bay canh tre / dep duyen thι lay chσ nghe ho hang(гадать любовь бамбука), Л

cdu tre(бамбуковый мост), tho but tre(забавные стихи), и др.

Как береза в русской поэзии, так и бамбук для вьетнамцев связан с Г Ά

образом женщины: chan di guoc moc, ddu doi non tre(женщина с бамбуковой шапкой), toc re tre(здоровые волосы, как бамбук).

Не менее интересным и своеобразным оказываются русские ФЕ с наименованием дуб. Дуб является почитаемым деревом у славянских народов. Он олицетворяет мужское начало и сравнивается с богатырем. Дуб - это символ многолетней опытности, мудрого свидетеля событий русской истории [То Тхи Нган Ань 2006].

Дуб считается символом жизнестойкости, мужественности. Сравнение «крепкий, как дуб» выражает представление о здоровом, сильном мужчине.

Дуб - священное дерево у древних славян. В представлении славянских народов дуб связан с преданием о мировом дереве, которое обнимает землю корнями и держит небо ветвями. В русской языковой картине мира дуб представлен как символ долголетия, крепости, стойкости: «Он был похож на старый дуб, обожженный молнией, но все еще мощный, крепкий и гордый силой своей» [М. Горький. Макар Чудра (1892)].

Кроме того, лексема дуб в переносном смысле также содержит отрицательную коннотацию: дубовая голова, дубовая роща, дубинник, дубак, дубовый по самые гланды (о тупом, бестолковом человеке).

Очевидно, что образ дуба занимает важное место в русской языковой картине мира. Лексема дуб имеет положительную и отрицательную коннотацию. Во вьетнамском языке заимствованное слово, обозначающее дуб, очень редко встречается в составе ФЕ, потому что это дерево не растет на территории Вьетнама. Однако можно найти в национальной вьетнамской картине мира аналогию образу дуба - это образ да (cay da)- дерева, считающегося самым долголетним.

Да (cay da)является символом долголетия и жизнеспособности. Вьетнамцы сравнивают да с выдающимися людьми и относятся к ним с

Л большим уважением и признательностью: cay da, cay de(старые, мудрые и опытные люди). Во Вьетнаме да также является духовным символом народа;

Л считается священным и таинственным деревом: vi thdn, ai vi cay da(уважать бога и да).

Можно сказать, что образы дуба и да в двух культурах относительно эквиваленты. Оба они представители красоты и могущества природы, свидетели и хранители всех событий истории.

В исследуемых русских ФЕ наиболее упоминаемое слово ель. Ель в русской национальной картине мира является символом Нового года России. Ель символизировала прощание с девичеством: венчали вокруг ели (о невенчанной женщине).

Лексема ель в переносном смысле в составе фразеологизма может иметь и отрицательную коннотацию: голова еловая (глупый, бестолковый человек). В русском языке часто встречаются шутливые выражения елки зеленые, елки- палки, обозначающие удивление или досаду.

Во вьетнамской языковой картине мира можно найти аналогию образу ели - это персиковое дерево (cay dao).Эти два фитонима имеют аналогичные функции в языке и культуре русского и вьетнамского народов. Цветок персикового дерева символизирует Новый год, силу и мужество. Кроме этого, во вьетнамском языке персиковое дерево символизирует юную девушку и г любовь в древней деревне: Cay le, cay luu, cay dao /Ba cay anh cung muon rao cd r ba(цветок персикового дерева выступает как доказательство любви); Dao thdm thι dao lai phai; bo ndu ddi ndng thι mai chdng di(девушка как цветок персикового дерева весной).

Если такие русские фитонимы, как береза, дуб и ель имеют аналоги в системе фитонимов вьетнамского языка (бамбук, да, персиковое дерево), то ряд русских растений не имеет столь близких аналогов во вьетнамской языковой картине мира.

Так, осина - весьма распространенное в России дерево, и данный фитоним, представленный в русской языковой картине мира, воспринимается как слово с отрицательной коннотацией: трясется, как осиновый лист или дрожит, как осина (о трусливом или охваченном страхом человеке); хоть осиновым колом ковыряй (строптивый, несговорчивый человек) и др.

Липа является замечательным деревом в России. В большом фразеологическом словаре русского языка указаны фразеологизмы: «обдирать / ободрать как липку». Это означает ограбить совсем.

Тополь в русской языковой картине мире имеет положительную коннотацию. Образное сравнение стройный, как тополь характеризует стройного, красивого мужчину.

Сосна - одно из самых распространенных деревьев в России. Фразеологизм заблудиться в трех соснах означает «не суметь найти выход в несложном положении». Сосна в русской фразеологии иногда связана с чем-то невероятным, неправдоподобным: сказывать/(на) сказать воробья (журавля) на сосне.

Во вьетнамской национальной картине мира, в отличие от русской, сосна / thongявляется символом твердости. Например: cung nhu go thong(букв. твердый, как сосна).

Яблоко также широко употребляется в русских фразеологизмах. Например:яблоко раздора(причина ссоры), яблоку негде упасть (огромное

количество); в самое яблочко (об удачно найденном, правильно подобранном слове), яблоко от яблони недалеко падает и др.

Вьетнамцы говорят: an cdy tdo, rao cdy sung(есть яблоко - делать забор для инжира). Смысл выражения заключается в том, что помощь одного человека другому должна быть взаимной.

В русском фольклоре малина символизирует сладкую (по вкусу ягоды) жизнь. Родина-малина - это воля, свобода, широкое и открытое пространство без конца и края, что соответствует представлениям русских о хорошей, настоящей жизни, а чужбина-калина - обманчиво красивая жизнь, оборачивающаяся горькой неволей: не жизнь, а малина; разлюли-малина.

Кроме этого, выражение класть малину в рукавицу имеет негативное значение. Выражение означает хитрость.

Как видим, в русских и вьетнамских ФЕ встречаются названия деревьев, кустов, плодов, характерные для каждого региона соответственно. Во вьетнамском языке совершенно закономерно редко встречаются образы березы, дуба, осины, липы, тополя, сосны, малины и яблока. Зато широко представлены растения, эндемичные по отношению к русской растительности (бамбук, да и т.п.). Но различия в микропропозициях, на основе которых формируются фразеологизмы, не отменяет схождения семантики русских и вьетнамских ФЕ на уровне макропропозициональном.

В третьем параграфе «Флоронимы в русской и вьетнамской языковых картинах мира: различное в общем» рассматриваются особенности семантики наименования цветов, встречающиеся в составе русских и вьетнамских ФЕ.

Так, одним из популярнейших флоронимов в обеих культурах является роза. Роза любима в России; роза - один из самых популярных цветов во Вьетнаме, это символ любви, красоты женщины и памяти о маме.

Л

Распространенность лексемы «hoa hong»во вьетнамской языковой картине мира подтверждается наличием и широтой употребления ряда Л Л

дериватов, которые схожи с русским языком: hoa hong — розовый цветок, hong- Л Л

розоватый, nσ hoa hong- розетка, mdu hong — розовый цвет.

Кроме этого, во вьетнамском и в русском языках содержится большое количество слов и словосочетаний, описывающих части розы, процесс ухода за Ά Ά Ά

ними: nu hong/ бутон розы, cdnh hong/ лепесток роз, bui hong/ розовый куст, кустарник, cdy hong/ розовое дерево, vuσn hoa hong / розарий, mot bo hong/ букет роз.

Λ

Во вьетнамских и русских словосочетаниях с флоронимом hoa hong /роза сохраняются значения «нежность, уязвимость, мимолетность, красота, исключительность». В основе многих словосочетаний лежат ассоциации с цветом, формой, запахом цветов, хотя по сравнению с русским языком их гораздо меньше.

Но есть и существенные отличия русских и вьетнамских ФЕ с данным флоронимом. Следующие выражения характерны только для вьетнамского Л Л

языка: vuσn hong — сердце девушки, hoa hong- деньги. В некоторых случаях происходит расширение значения флоронима, основанное на переосмысленном

метафорическом восприятии образа розы, в результате большинство дериватов употребляются в значении, отличном от исходного.

В языковой картине мира вьетнамского языка большинство ∖идиоматических выражений и пословиц, содержащих лексему hoa hong / роза, основано на оппозиции красоты цветка и его шипов - такого рода оппозиция в русских ФЕ нами не замечена.

Изучение флоронима ромашка в русском и вьетнамском языках в составе ФЕ выявило их следующие особенности: в отличие от русского языка, во вьетнамском языке образ ромашки используется шире. В русском языке отсутствуют некоторые значения, такие, как долголетие, возвышенность и почтительность к родителям. В то же время в обоих языках ромашка часто связывается с образом красоты, девушки, любви.

Флороним пион в русском и вьетнамском языках имеет довольно значительные различия в языковой картине мира. В русской языковой картине мира цветок ассоциируется с различными эмоциональными состояниями: смущения, возмущения; причем данные значения не реализуются во вьетнамском языке. Во вьетнамском языке этот цветок ассоциируется с богатством, роскошью, удачей, благородством. Совпадение есть только в значении женская красота, но в русском языке частотность использования данного значения реже, чем во вьетнамском языке.

Русская и вьетнамская картины мира по-разному воспринимают флороним гвоздика. В русском языке это цветок официальных событий, революционных праздников, цветок, который приносят на похороны или на кладбище. Во вьетнамском языке ассоциативный ряд значительно шире. Гвоздика ассоциируется с простотой, красотой девушки, с верностью, гордостью.

Флороним лотос отражает универсальные национально-культурные смыслы, характерные для Вьетнама. Прежде всего, это символ буддизма, красоты, молодости, любви, чистоты, одиночества. Соответствующие характеристики естественным образом отражаются в восприятии данного флоронима русскими. Хотя в России данного цветка нет, но в силу культурных взаимодействий этот цветок известен, и его восприятие зеркально отражается в мировосприятии русских.

В третьей главе диссертации «Фразеологизмы с названиями растений как материал в практике преподавания иностранного языка» исследованный в диссертации материал рассматривается в связи с вопросами преподавания иностранного языка.

В рамках этой главы ставятся проблемы изучения безэквивалентной и неполноэквивалентной фито-лексики и ФЕ с фитонимами, дается классификация фразеологических единиц с названиями растений по частотности употребления, описываются ФЕ с названиями растений в функции заголовка, в художественном тексте, а также анализируются различные трансформации фразеологических единиц с названиями растений в речи, что становится актуальным на высших этапах формирования языковой компетенции.

Так, анализируя проблемы, связанные с безэквивалентной лексикой, при сравнении русских и вьетнамских фразеологизмов по степени их сходства мы выделили 6 групп.

Первая группа - полные эквиваленты. Обычно в таких ФЕ совпадает г

состав лексических компонентов. Например, спрятаться в кусты - iron tiet vao bui ram),сердце обросло мохом - Irai tim reu phongи др. Эту группу пополняют заимствованные из одного источника фразеологизмы (напр. запретный плод - trai cam).Устойчивые сочетания, входящие в первую группу, легче всего усваиваются иностранными учащимися, именно с них целесообразно начинать знакомство иностранных студентов с русской фразеологией.

Во вторую группу входят частичные эквиваленты. Различия в образе и, следовательно, в составе лексических компонентов могут быть не очень большими, поэтому некоторые пары русских и вьетнамских фразеологизмов располагаются как бы на границе первой и второй групп, например: гадать на

Л Л

бобах (вьет. boi bang hoa«гадать по цветку»), голова еловая (вьет. dan 0c ba dau «голова боба») и др.

Третья группа - все русские и вьетнамские фразеологизмы, имеющие одинаковое значение, которые могут различаться не только внутренней формой, но и стилистической окраской: дети - цветы жизни (посл.) - tre con la г

hoa айа dat(книж.). Установленные нами стилистические различия русских и вьетнамских фразеологизмов касаются, в основном, просторечной или разговорной сферы речи.

К четвертой группе относятся русские и вьетнамские ФЕ, совпадающие или очень близкие по своему значению и, следовательно, по образу, но имеющие незначительные для смысла оттенки в силу неизбежной разницы в их лексическом и грамматическом устройстве: как горькая редька (вьет. nhu cdi

Г Ά

dang- как горькая капуста), как дубок (вьет. cdy da cdy de- опытный человек), дать перцу (вьет. An О_«кушать перец» - злиться).

В пятую группу включаются русские и вьетнамские ФЕ, которые содержат разнообразную страноведческую и лингвокультурологическую г г

информацию, устаревшие формы: любить до самой берёзки (вьет. yeu den chet Л

- любить до смерти), дать дуба (вьет. ve trσi- уйти в небо), темный лес (вьет. mit dac, khong biet mo te gι- полная неясность).

Последней, шестой группой объединяются безэквивалентные фразеологические единицы, в которых отражаются этнокультурное своеобразие и метафорическое переосмысление реалии из традиционного быта, жизни русского народа: березовая каша, антик с гвоздикой, съесть гриб, елки-палки, все трын-трава и др.

Основными типами межъязыковых фразеологических соответствий являются фразеологические эквиваленты и фразеологические аналоги, которые, в свою очередь, делятся на полные и частичные. Сопоставительный анализ русских и вьетнамских ФЕ показывает, что больше всего в языках безэквивалентных фразеологизмов (20% в русском и 30% во вьетнамском соответственно).

В данной главе по степени частотности мы рассматриваем три группы: высокочастотные, среднечастотные, низкочастотные ФЕ. Наивысшей частотностью обладают следующие русские ФЕ с компонентом фитонимом: елки зеленые, дать дуба, как грибы после дождя, а также вьетнамские ФЕ: quyt lam cam chιu(букв. мандарин творит что-то, а апельсин терпит), re nhu beo (букв. дешевый, как водяной салат), com do gao tien(букв. рис одежда деньги). Видно, что большинство русских и вьетнамских высокочастотных ФЕ употребляются в разговорной речи. Кроме того, в контекстах может встретиться любой компонент ФЕ, а также вышеперечисленные ФЕ легко подвергаются трансформации.

Для языка газетной публицистики характерны языковые новации. Значительное место в организации публицистического дискурса принадлежит заголовку. Так, например, ФЕ с компонентом-фитонимом: тростинка, ветка, ягода, одуванчик, горох, бор, елка, плод, изюминка в составе заголовков журнальных статей по тематике объединяются в пять групп: внешность (физические характеристики); внешность (одежда, прическа, украшения и т.п.); межличностные отношения; здоровый образ жизни (спорт, питание); праздники и общественная жизнь.

К первой группе «внешность (физические характеристики)» отнесены ФЕ стройный, как тростинка и быть с изюминкой, Dep nhuhoa hong(красивый, г

как роза), Xanh nhu tau ld chuoi(зеленый, как банановые листья).

Ко второй группе «внешность (одежда, прическа, украшения и т.п.)» - ФЕ волосы, как солома, волосы, как одуванчик, как новогодняя елка, с изюминкой, bong hong cai do(крепить цветок к рубашке).

Наиболее употребительной в третьей группе «межличностные отношения (несексуального характера)» оказалась ФЕ запретный плод.

Во вьетнамском языке ФЕ с названиями растений нечасто употребляются г

в качестве заголовка. Чаще всего, ФЕ trdi cam (запретный плод) употребляется в заголовках газет.

В четвертой группе «межличностные отношения (сексуального г характера)» наиболее часто встречается ФЕ запретный плод / trdi cam(во вьетнамских заголовках).

Наконец, в пятой группе «праздники, общественная, светская жизнь» содержатся примеры различных ФЕ с фитонимом: елки-моталки, елки-палки, и moi ndm hoa dao nσ (букв. каждый год абрикосовые цветы распускаются).

Фразеологические единицы с компонентом-фитонимом, как свидетельствует анализ, широко используются в художественной литературе для характеристики человека как части природы, включая особенности внешности (пугало гороховое, как огурчик, как маков цвет, выжатый лимон) и физиологическое состояние (пускать корни, свежа, как роза). А также ФЕ отражают взаимодействие человека и окружающего его мира, отношения между людьми: любовь (любить до самой березки); обман и зависть (на бобах провести, лавры Мильтиада спать не дают, фиговый листок); отношение человека к труду, обучению (дедка за репку, корень учения горек, а плоды

сладки, вкушать/вкусить от дерева познания добра и зла, смотреть в корень, лес рубят - щепки летят).

Анализ трансформации ФЕ в речи показывает разнообразие видов и приемов их изменения: сужение компонентного состава, расширение компонентного состава, замена компонента ФЕ словом или словосочетанием, изменение в расположении компонентов ФЕ, контаминация ФЕ.

Можно отметить, что, как и в русском языке, самый распространенный тип преобразования вьетнамских ФЕ - это сокращение компонентного состава фразеологических единиц. Например, яблоко от яблони (ср. яблоко от яблони недалеко падает), re nhu beo(ср. nhu beo_-(дешевый) как ряска).

В отличие от русского языка, во вьетнамском языке контаминация ФЕ не встречается. Замена компонента вьетнамских ФЕ также встречается редко, г

например: chet nhu ng∂ га (умирать, как солома рассыпалась) «много умерших»

Л и chet nhu sung rung(умирать, как инжир падал) «много умерших».

В Заключении представлены основные выводы проведенного исследования, результаты которого полностью подтвердили гипотезу, выдвинутую на начальном этапе работы, а также намечены перспективы дальнейших научных поисков.

<< | >>
Источник: Кхонг Тху Хиен. РУССКИЕ И ВЬЕТНАМСКИЕ ФРАЗЕОЛОГИЗМЫ С НАЗВАНИЯМИ РАСТЕНИЙ В ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ. АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Тверь - 2019. 2019

Еще по теме ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ:

  1. Основное содержание работы
  2. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
  3. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
  4. Основные положения работы отражены в следующих публикациях.
  5. Основные положения работы отражены в следующих публикациях.
  6. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ
  7. Содержание диссертационной работы отражено в следующих публикациях:
  8. Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:
  9. §1 Право на судебную защиту: понятие, содержание и основные характери­стики
  10. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
  11. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
  12. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
  13. 48. Работы и услуги как объекты гражданских прав.
  14. 5. ПРАКТИЧЕСКОЕ ПРИМЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ РАБОТЫ
  15. Анализ цикличности работы линейной части магистрального трубопровода
  16. Основные результаты и выводы исследования