<<
>>

Церковнославянский язык как сакральное средство богообщения. Понятия и термины славянизм и церковнославянизм

В филологической среде периодически возникают дискуссии: церковнославянская лексика в ее специфических сакрально-религиозных значениях - живая или мертвая, то есть реально использующаяся в разнообразных коммуникативных целях или нужная лишь иногда как некий «стилистический изыск», а чаще достояние лишь книжной старины и упорно держащегося за старину церковного обихода? И сам церковнославянский язык - живой или мертвый?

Достаточно редкий для научной среды случай, когда ответ на эти вопросы зависит не от собственно научной аргументации, а от близости - отдаленности вопрошающего от Православия и Церкви.

Для верующего церковнославянский язык - безусловно живой, потому что это средство реального богообщения, а часто и язык, на котором основывается многое во внутренней речи, в повседневном общении, в самой языковой личности человека. Церковнославянский для неверующего - некая устарелая, мертвая экзотика. Существо вопроса, таким образом, не в лексике и не в языке, а в типах сознания - религиозном и секулярном.

Для православного религиозного сознания церковнославянский язык - носитель всех тех функций, которые выполняет любой другой живой язык: это когнитивная, коммуникативная, эмоционально-экспрессивная как основные, вмещающие множество частных (эпистемологическая и экспрессивная, мыслеоформительная и номинативная, референциальная и лингвокультурная, волюнтативная и конативная функции и т. д., состав и величина списка зависят лишь от эрудиции и фантазии филолога [Волков 2013: 9]). Каждой функции можно сопоставить типовые коммуникативные ситуации и конкретные речевые акты, связанные с использованием
церковнославянизмов и церковнославянского языка. Следовательно, этот язык - живой (более подробную разработку этой темы см., например, в работе: [Лихачева 2015]).

Секулярное сознание (из лат. saecularis‘мирской, светский’ - от saeculum‘род, поколение, средний человеческий век’) замыкается в своих собственных рамках и бежит сферы сакрального (из лат. sacer, sacrum ‘посвященный, предназначенный; священный, святой; магический, таинственный’), то есть объективно священного. Поскольку сакральное (священное) для этого типа сознания не существует, то для него оказываются закрытыми и особые значения и смыслы церковнославянизмов.

Это крайние точки. Избегая разработки вопроса в плоскости, связанной с критикой ограниченности секулярного сознания, религиозно просвещенные авторы обычно сосредотачивают внимание на феномене живого взаимодействия церковнославянской и секулярной русской языковой стихии. Это взаимодействие не было и не является сейчас лишь достоянием прошлого.

Выдающийся отечественный филолог, академик АН СССР Н.И. Толстой (1923-1996) в предисловии к первому изданному в новейшей истории нашей страны учебнику церковнославянского языка (1996) писал: «Для многих писателей и поэтов, да и просто ревнителей благолепия русского языка, церковнославянский был не только источником вдохновения и образцом гармонической завершенности, стилистической строгости, но и стражем, как это полагал еще Ломоносов, чистоты и правильности пути развития русского (“российского”) языка. Утратил ли эту роль церковнославянский и в наше время? Я полагаю, что не утратил, что именно эту функциональную сторону древнего языка, языка, не отрешенного от современности, следует осознавать и воспринимать и в наше время» [Толстой 2006: 4].

Смысл фрагмента, который Н.И. Толстой выделил курсивом, с тем чтобы подчеркнуть, что церковнославянский язык не был «отрешен от
современности» даже в годы официального атеизма, можно пояснить так: христианство всегда «современно», потому что несет одну и ту же истину о Боге, мире и человеке, в каких бы исторических условиях он ни находился; эта истина - вне времени, меняются лишь детали путей, которыми люди движутся к ее пониманию, к живым «беседам с Господом» [Супрун 1998: 4].

В советский период отечественной истории терминографические словарные толкования терминов, связанных с понятием «славянизм», основывались на представлении, что церковнославянский язык - «мертвый», что налицо лишь следствия влияния старославянского на русский.

Некоторые примеры.

«Словарь-справочник лингвистических терминов. Пособие для учителей» [Розенталь, Теленкова 1976]. Здесь (в содержательном отношении - просто, лаконично, стилистически выверенно и по отношению к школьной программе практически исчерпывающе) в строгих терминологических толкованиях и развернутых разъяснениях суммированы все основные сведения о русском языке, которыми должны были овладеть советские школьники.

«Церковнославянизм. То же, что славянизм во 2-м значении» [там же: 525].

Статья «Церковнославянский язык» отсутствует. Интерпретируем этот факт как «значимое отсутствие», то есть как косвенное утверждение, что такое явление (церковнославянский язык) - во всяком случае, для советских учителей русского языка и советских школьников - как бы «не существует».

Далее следуем по словарным толкованиям, последовательно переходя от одного к другому по дефинирующим ключевым словам (процедура, родственная методу ступенчатой идентификации в компонентном анализе).

«Славянизм. 1. То же, что старославянизм. 2. Производное слово, образованное в книжном древнерусском языке на базе старославянского слова или по его модели (церковнославянизм). 3. Словообразовательный элемент, восходящий к старославянскому источнику. Волгоград,
предреволюционный, хладобойня (неполногласные сочетания в морфемах)» [там же: 393].

Обратим особое внимание: в толкованиях всех значений - термин старославянский язык; этот язык отождествлялся с «древнеболгарским» (см. далее); в толковании второго значения использован термин книжный древнерусский язык; во всей статье - ни слова о церковнославянском.

Старославянизм: «Слово, заимствованное из старославянского языка» (и характеризующееся фонетическими, морфологическими

(словообразовательными) и/или семантическими приметами,

свидетельствующими о его происхождении) [там же: 463-464].

Старославянский язык, в свою очередь, трактуется так.

«Старославянский язык. Древнеболгарский язык, на который во второй половине IX века Константином и Мефодием и их учениками были сделаны переводы греческих богослужебных книг. Первоначально он распространялся церковно-книжным путем среди южных и западных славян, а после крещения Руси (988 г.) стал широко распространяться тем же путем и среди восточных славян. Будучи вначале только языком богослужения, он проник в дальнейшем и в нецерковные письменные стили, а затем и в устную русскую речь» [там же: 464-465].

В академическом 17-томном толковом «Словаре современного русского литературного языка» (1948-1965) читаем:

«Церковнославянский... Относящийся к богослужебной письменности восточных и южных славян. ? Церковнославянский язык. Поздний старославянский язык (XI-XVII вв.), имевший у восточных и южных славян свои разновидности» [ССРЛЯ. Т. 17: 668].

Как видим, церковнославянский язык интерпретируется как «поздний старославянский».

«Церковнославянизм. Слово, звуковое сочетание, грамматическая форма или выражение, унаследованные из церковнославянского языка» [там же].

Обратим внимание в цитированном толковании на причастие унаследованные, которое отсылает к представлениям о том, что церковнославянский язык - мёртв.

1.3.2.

<< | >>
Источник: БОРОДИНА Екатерина Юрьевна. СЛАВЯНИЗМЫ В ЯЗЫКЕ ПОЭЗИИ П.А. ВЯЗЕМСКОГО. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Тверь —2019. 2019

Еще по теме Церковнославянский язык как сакральное средство богообщения. Понятия и термины славянизм и церковнославянизм:

  1. Фиксация в словарях церковнославянского языка как критерий выявления славянизмов
  2. Понятие сакрально-религиозной (христианской) составляющей семантики славянизмов
  3. Славянизмы как сакрально-секулярная основа картины мира, «поэтической философии» Вяземского
  4. Секулярные славянизмы, христианские религионимы, церковнославянизмы и церковнославяно-русские полисеманты: вопрос о семантико-дискурсивной специфике
  5. «Культурная память» славянизмов в сакрально-секулярной картине мира, «поэтической философии» Вяземского
  6. О способах понятийно-терминологической фиксации места славянизмов с сакрально-религиозной семантикой в русской речевой практике
  7. Церковнославяно-русская полисемия как отражение секулярной и сакрально-религиозной функций русского языка
  8. § 1. Понятие банковской тайны и правовые средства ее обеспечения
  9. 3.2. Церковнославяно-русские полисеманты как лингвоментальное средство христианского осмысления человеческой жизни
  10. 1.5. Семантика славянизмов как основание интерпретации религиозных мотивов