<<
>>

Как не стать «козлом отпущения»

Как ни крути, шанс стать «козлом отпущения» присутствует всегда. Но это вовсе не означает, что им непременно надо воспользоваться.

Вместе с тем, надо помнить и о том, что, если слишком тщательно и демонстративно страховать­ся от этой роли, легко заработать репутацию скользкого и трусливого типа, озабоченного един­ственно тем, чтобы не брать на себя лишней ответ­ственности.

Даже если так оно и есть, не стоит до­пускать того, чтобы ваш клиент об этом догадался. В его глазах желательно как можно дольше оста ваться Александром Матросовым, преданным и на­дежным, болеющим за его дело как за собственное, а не пропорционально выплачиваемому гонорару.

Проще всего попасть в положение громоотвода и ситуации аврала, причем иногда такая ситуация на­гнетается сознательно. Типичный случай — менед­жер компании утрамбовывает юриста: «Я уже обо всем договорился. Такой шанс! Надо подписывать сделку сегодня, пока не передумали. Посмотри бы­стренько текст. Меня все устраивает. Да и ребята свои, я их хорошо знаю, проблем не будет. Визи­руй!».

Если все проходит гладко — менеджер «на коне», стрижет дивиденды в виде похвал руководства и от­ката от «своих ребят», притом и то, и другое доста­ется исключительно ему — действительно, какая тут заслуга юриста, разве что в том, что палки в ко­леса не ставил. И вам остается лишь порадоваться

за хорошего парня и помолиться, что, кажется, на сей раз пронесло.

Если же его суперпроект оказался «с гнильцой», то мастер уговоров будет первым, кто доложит на­чальству о неудаче. При этом он скромно умолчит о ваших устных комментариях, предупреждениях, которыми вы в свое время пропилили ему все моз­ги, но из-за срочности или недосмотру так и не удо­сужились облечь в письменную докладную. С не­поддельной досадой в голосе этот «хороший па­рень» будет говорить начальнику, что юрист, как всегда (пусть даже этот случай был первым и един­ственным), не разобрался в документах, что из-за такого ротозейства теперь несем убытки, и т.д.

и т.п. К слову сказать, эта ситуация так банальна и пред­сказуема, что даже не повод к тому, чтобы обижать­ся. Жизнь есть жизнь. В таком случае, единствен­ное, что остается, это добиться возможности изло­жить хозяину «хорошего парня» события в собст­венной версии, а также подчеркнуть следующее: «Мои опасения, о которых я тогда предупреждал, к сожалению, оправдались. Но для меня абсолютная новость, что вы только сейчас об этом узнали. Я по­лагал, что вам передали тогда все мои замечания и все с вами согласовали. Возможно, на будущее, что­бы такая ситуация больше не повторялась, нам с ва­

ми стоит продумать возможность экстренной пря­мой связи, чтобы и у вас и у меня были гарантии то­го, что вы полностью контролируете процесс».

Вывод — не визируйте документы, которые вас не устраивают, или же визируйте с оговорками и с обязательными письменными комментариями, а также получением визы под ними того, кто двигает проект. Если же на это нет времени — берите ини­циатора под локоток и ведите к его шефу, и там кратко и доходчиво объясняйте все, что вы думаете. Можно также набрать заветный номер первого ли­ца и договориться с ним о встрече с глазу на глаз. Это позволит быть более откровенным и менее сдержанным в оценке чужих суперпроектов. И, как нетрудно заметить, для того, чтобы иметь возмож­ность поступать подобным образом, необходимо обеспечить себе постоянный и оперативный доступ к боссу. Работайте над этим и не позволяйте замк­нуть себя на уровень исполнителей.

Тем не менее надо признать, что даже общение на первом уровне не всегда способно снять проблему почетного возложения на вас ответственности за все тяжкие. Во-первых, впоследствии может обнару­житься, что ваши ценные советы были не поняты или прошли мимо «царственных ушей»: то ли клиент оказался не столь сообразительным, как казался, то

ли в тот момент летал в облаках, то ли был замучен кем-то или чем-то до вас. Словом, как бы там ни бы­ло, в ответственный момент выяснения «кто вино­ват?» он вдруг делает круглые глаза и объявляет, что впервые об этом слышит.

Помимо естественных психологических и физио­логических процессов, способных затруднить пони­мание, причина неожиданной глухоты и раннего склероза вашего клиента может крыться в его понят­ном нежелании признавать собственные ошибки, а также в стремлении найти объект для справедливого негодования. В подобных ситуациях юриста выруча­ет любовь к бумагам — когда несмотря на уверен­ность в том, что все нужное было сказано, он тем не менее предусмотрительно и заблаговременно по на­иболее существенным моментам составил для кли­ента письменные памятки. Некоторые из тех юрис­тов, кто ленится фиксировать «все и вся» на бумаге, и при этом прогнозируют возможный неуспех дела, страхуются тем, что оставляют себе лазейку выйти из-под удара посредством перевода стрелок на кого- то еще. Даже в ущерб гонорару они отказываются брать на себя ответственность за всю работу в целом. При этом они предусмотрительно локализуют меру своего участия, чтобы потом иметь возможность за­явить клиенту: «К пуговицам претензий нет? Нет!

Тогда с претензиями — к другим!» или: «Я же гово­рил, как надо было сделать, но ваши «орлы» умудри­лись все перепутать».

Лично мне такой перевод стрелок всегда был нс по душе. Как ни ретушируй, это все равно выглядит трусовато и неблагородно. Тем более, что таким же переводом стрелок в случае постигшей вас неудачи занимается и тот, третий. Уши клиента от двусто­ронней накачки жалобами тихо вянут, а он сам зве­реет: «Вместо дела все только тем и заняты, чтобы себя отмазать. Спросить не с кого!». Если клиент мягкотел и порядочен, то, не найдя выход эмоциям, он впадает в глубокую депрессию и самоедство. Все остальные в его окружении празднуют, что отдела­лись легким испугом, и демонстрируют клиенту свое сочувствие и готовность в дальнейшем ему эф­фективно помогать. Если клиент «буйный» — он или выберет одну жертву (возможно, что далеко не самую виновную), или же раздаст всем без разбора, и никакой перевод стрелок здесь не спасет.

На мой взгляд, если идет крысиная возня с науш­ничеством и оговорами, глупо прятаться от проблем или в ответ обильно поливать грязью другого (мсти­тельным особам, не способным отказать себе в этом удовольствии, можно как минимум порекомендо­вать сделать это потом, когда ситуация остынет). В

горячее время лучше, вздернув гордо грудь, благо­родно заявить клиенту: «Я знаю, что происходит, но сознательно не хочу втягиваться сам и втягивать вас в эти коммунальные склоки. Если у вас действитель­но есть ко мне какие-то вопросы или претензии, предлагаю разобраться в них сейчас. Давайте расста­вим все точки над «i» и закроем тему. Мне не в чем перед вами оправдываться. Я отвечаю за свою рабо­ту. И давайте перейдем от вопроса «кто виноват?» к вопросу «что делать?». Время для нас сейчас очень дорого».

<< | >>
Источник: Пухова Т.Л.. Бизнес-адвокатура. Советы «тёртого калача». — М,2004. — 144 с.. 2004

Еще по теме Как не стать «козлом отпущения»:

  1. 7. Гражданское право как наука и как учебная дисциплина.
  2. 45. Деньги как объекты гражданских прав.
  3. § 3. Банковская тайна как публично-правовой институт
  4. 48. Работы и услуги как объекты гражданских прав.
  5. 71. Вред как основание гражданско-правовой ответственности.
  6. Лексикографическая помета «арх.» как критерий выявления славянизмов
  7. 1.5. Семантика славянизмов как основание интерпретации религиозных мотивов
  8. 47. Нематериальные блага как объекты гражданских прав.
  9. 38. Акционерное общество как участник гражданских правоотношений.
  10. 72. Вина как условие наступления гражданско-правовой ответственности.
  11. Фиксация в словарях церковнославянского языка как критерий выявления славянизмов
  12. Глава I. Банковская тайна как объект правовых отношений