<<
>>

Наследственность владений

Наследственность княжеских владений не есть исконное начало нашей государственной жизни. При существовании веча и права народа призывать князей оно могло иметь ме­сто только в тех случаях, когда народ призывал князя с детьми, и то до некоторой только степени (см.

выше с.76 и след.). В тех же случаях, когда князь призывался лишь до своего живота, оно отрицалось. Несмотря на это, начало на­следственности начинает у нас применяться с очень глубо­кой древности. Это весьма понятно. Мы уже знаем, что каж­дый князь рассматривал свои владения как особые и забо­тился о неприкосновенности их. На этой почве легко могла родиться мысль о передаче владений детям. Она, действи­тельно, и родилась очень рано. Первый случай применения ее относится к X веку. Но начало наследственности должно было выдержать долгую борьбу. Оно враждебно сталкива­лось, во-первых, с правом народа выбирать себе князя по усмотрению, во-вторых, еще более упорного врага нашло оно в самих князьях, которые считали себя вправе доиски­ваться любого стола, невзирая ни на какие наследственные притязания.

Древнейший случай перехода волости по началу отчины летопись приписывает распоряжению Владимира Святого. Под 1128 г. мы находим такое объяснение происхождения особой ветви полоцких князей. Владимир, по рассказу лето­писца, созвал бояр своих и сообщил им о покушении на его жизнь, совершенном женою его, Рогнедою, дочерью полоц­кого князя, и о намерении своем казнить ее смертью. Бояре отвечали ему:

„Уже не убий ея детяти деля сего (Изяслава, сына Вла­димира от Рогнеды); но вздвигни отчину ея и дай ей с сы­ном своим. Володимир же устрой город и да има...“ (Лавр.).

Таким образом, уже боярам Владимира приписывается мысль об отчине как основании княжеского преемства. Вла­димир следует совету бояр и образует особую линию князей, полоцких вотчинников.

Тот же летописец, передавая содержание Ярославова за­вещания, в заключение говорит:

„И тако раздели им грады, заповедав им не преступа- ти предела братня, ни сгонити“ (1054).

Ярослав, бывший не раз свидетелем войны родных братьев из-за владений, запрещает сыновьям своим пересту­пать предел братнина удела, Мы думаем, что в этом распо­ряжении Ярослава можно видеть вторую попытку, но в бо­лее широких размерах, установить наследование по отчине. Переход одного из сыновей Ярослава на стол другого по его смерти, но при наличности детей умершего является таким же нарушением завещания, как и захват братнина стола при его жизни. Сыновья Ярослава по отношению к своим детям находились совершенно в таком же положении, в каком на­ходился Ярослав по отношению к своим. Он раздал им свои владения с совершенным устранением брата своего, Суди- слава, которого держал в тюрьме. Почему сыновья его долж­ны были поступить иначе и оставить свои владения не де­тям, а братьям? Нет ни малейшего основания допустить это. Правда, по смерти младшего из сыновей Ярослава, Вячесла­ва (1057), три старших брата перевели следующего затем Игоря из Владимира, назначенного ему отцом, на стол умершего, несмотря на то, что после Вячеслава остался сын, Борис. Это перемещение есть самовольное распоряжение старших братьев, и ничего более. Оно также нарушает заве­щание Ярослава, как и случившееся позднее изгнание Изя- слава из Киева. Так смотрели на Ярославово завещание и современники. Начальный летописец, описав изгнание Изя- слава и занятие Киева его младшими братьями, говорит, что они сделали это, „преступивше заповедь отню“ (1073).

Что Ярослав имел в виду установление наследственного преемства в нисходящей линии своих сыновей, это подтвер­ждается и дошедшим до нас толкованием его завещания князьями конца XII века. Черниговские Ольговичи состояли в договоре со Всеволодом Владимирским и Рюриком Киев­ским, по которому обязались „блюсти Киев под Всеволодом и сватом его, Рюриком”. В 1195 г. Рюрик вознамерился из­менить содержание этого договора и по соглашению со Все­

володом и братом, Давыдом, послал к Ольговичам новое предложение, в котором эти три князя и высказывают свой взгляд на суть Ярославова завещания.

„Тое же осени (1195), — говорит летописец, — сослався Рюрик со Всеволодом, сватом своим, и с братом своим, Да­выдом, послаша мужи своя к Ярославу и ко всим Олговичам, рекше ему: „целуй к нам крест со всею своею братьею, како вы не искати отцины нашея, Кыева и Смоленьска, под нами, и под нашими детми, и под всим нашим Володимерим пле­менем, како нас разделил дед наш, Ярослав, по Днепр, а Кыев вы не надобе“ (Ипат. 1146).

Итак, по мнению Владимировичей, Ярослав разделил по Днепр не сыновей только своих, Святослава и Всеволода, но и потомство их. Значит, по мысли Ярослава, дети, а не бра­тья должны были наследовать его сыновьям.

Хотя это толкование воли Ярослава и невыгодно Ольго­вичам, они не отрицают его верности. В своем ответе они вовсе не касаются неудобного для них Ярославова завеща­ния, а указывают на ближайшую причину княжения в Киеве и говорят, что и они могут занять Киев в случае соединения в их пользу тех же благоприятных условий, какие доставили этот стол их противникам.

„И Олговичи же, — продолжает летописец, — сдумав- ше и пожалиша себе, рекше к Всеволоду: „ажь ны еси вме­нил Кыев тоже ны его блюсти под тобою и под сватом тво­им, Рюриком, то в том стоим; ажь ны лишитися его велишь отинудь, то мы есмы не угре, ни ляхове, но единого деда ес- мы внуци; при вашем животе не ищем его, ажь по вас, кому Бог дасть“.

Ссылка Владимировичей на Ярославово завещание вер­на только отчасти, по отношению к одной Переяславльской волости, которую Ярослав назначил прапрадеду их, Всево­лоду; Киев же и Смоленск были назначены другим наслед­никам и отчиной Владимировичей сделались гораздо позд­нее, и притом Владимировичи сидели в Киеве не без согла­сия на то черниговских князей, с которыми у них были за­ключаемы дружественные союзы. На один из таких союзных договоров и указывают Ольговичи в своем ответе. По дого-

вору этому Ольговичи отказались от Киева в пользу Всево­лода и шурина его Рюрика, и только[XXXIX].

Признание отчины за основание преемства, сказавшееся впервые в княжеских распоряжениях, входит и в содержание договоров. Древнейший пример представляет мирный трак­тат, заключенный между внуками и правнуками Ярослава на Любецком съезде (см.

выше, с. 138). Этим договором уста­новлено общее правило, чтобы дети владели столами своих отцов. Признание того же начала встречается и в договорах XII века.

Приведем несколько примеров.

Война Изяслава Киевского с Юрием Ростовским разде­лила на два враждебных лагеря и черниговских князей: Изя­слава Давыдовича и Святослава Ольговича. Когда война окончилась, Святослав обратился к Изяславу с таким пред­ложением:

„Брате! мир стоит до рати, а рать до мира! А ныне, бра­те, братья есмы собе, а прими нас к собе. А се отцине ме­жи нами две: одина моего отца, Олга, а другая твоего отца, Давыда, а ты, брате, Давыдовичь, а яз Олговичь. Ты же, бра­те, прими отца своего, Давыдово; а што Олгово, а то нама дай, ать ве ся тем поделиве“. Изяслав же крестьяньски учи­ни, прия брата своя и отцину има узвороти, а свою к собе прия“ (Ипат. 1151).

Святослав хлопочет не о себе одном, но еще и о другом князе. Этот другой князь есть сын родного брата Святослава, Святослав Всеволодович, состоявший в союзе со Святосла­вом Ольговичем. Дяди, значит, далеко не всегда исключали племянников из владения отчинами. Родовая теория говорит

об исключении, в период от Ярослава Владимировича до смерти Мстислава, племянников дядями „из общаго родова­го владения**. Владения же отчинами она совсем не замети­ла.

Мы уже знаем, что сын Мономаха, Андрей, княжил во Владимире. Князь этот заключил договор с братом, Юрием, по которому Юрий обязался „по животе его волость удержа­ти сынови его**. По смерти Андрея Юрий целовал крест это­му сыну Андрея, „яко искати ему Володимиря** (Ипат. 1157).

В 1170 г. владимирский князь, Мстислав Изяславович, заключил договор с братом своим, Ярославом, „якоже не подозрети волости под детми его** (Ипат. 1172).

В 1195 г. Владимировичи предлагают Ольговичам цело­вать крест на том, что они не будут искать Киева и Смолен­ска под ними, под их детьми и под всем Владимировым племенем.

Когда это соглашение не удалось, Всеволод заключил с Ольговичами мир.

„И умолви с ним (Ярославом Черниговским) про во­лость свою и про дети своя, а Кыева под Рюриком не ис­кати, а под Давыдом Смоленска не искати, и води Ярослава ко честному кресту и всих Олговичь** (Ипат.).

Итак, Всеволод отказался от новых требований, вну­шенных Рюриком, и ограничился прежними, и вместе с тем договорился о детях своих. Летописец не приводит, в чем состоял этот договор, но ввиду многих случаев передачи ро­дителями детям своих владений есть полное основание ду­мать, что Ольговичи обещали „неподозрети** Владимирской волости не только под Всеволодом, но и под детьми его. Всеволоду надо было, конечно, достигнуть этого прежде всего; а могли быть и иные пункты соглашения, о которых гадать бесполезно.

Насколько начало наследственности пустило глубокие корни в XII веке, об этом свидетельствуют следующие фак­ты.

В 1140 г. Всеволод Черниговский, завладев Киевом, за­хотел перевести князя Андрея из Переяславля в Курск. Анд­рей отвечал ему:

„Лепьши ми того смерть и с дружиною на своей отчине и на дедине взяти, нежели Курьское княженье. Отец мой на Курьске не седел, но в Переяславли. Хочю на своей отчине смерть прияти“ (Ипат. 1140).

Желание Андрея сбылось, он умер в Переяславле. По смерти его тот же Всеволод предлагает брату Андрея, Вяче­славу, перейти из Турова в Переяславль на том основании, что это отчина его (Ипат. 1142).

В 1146 г. Изяслав Мстиславич, решив начать войну с Игорем Ольговичем из-за обладания Киевом, собирает вой­ско и говорит ему такую речь:

„Да любо си голову положю перед вами, любо си налезу стол деда своего и отца своего66 (Ипат.).

В 1155 г. черниговскому князю, Изяславу Давыдовичу, удалось занять Киев. Юрий Владимирович, начиная с ним войну из-за Киева, говорит ему: „Мне отчина Киев, а не тобе66 (Ипат.).

В 1159 г. полоцкий князь Рогволод отбирает Изяславль у Всеволода Глебовича и передает его Брячиславу Давыдо­вичу на том основании, что это его отчина (Ипат.).

На том же основании и новгородцы в 1200 г. просят Всеволода Юрьевича посадить у них сына своего. Послы их говорят князю:

„Ты господин князь великый, Всеволод Гюргевичь, про­сим у тобе сына княжит Новугороду, зане тобе отчина и дедина Новгород66 (Лавр.).

Начало наследования в нисходящей линии по отчине, возникшее в глубокой древности[XL] и признаваемое не только князьями, но даже и вольнолюбивым народом Новгорода Великого, переходит, как готовое уже, в московскую эпоху. В договорах московских князей постоянно встречаемся с

условием не вступаться во владения союзника не только при жизни его, но и по смерти, под его детьми. Ограничимся двумя примерами, древнейшим и самым новым из дошед­ших до нас договоров. В 1341 г. сыновья Ивана Даниловича Калиты сходятся у отня гроба и заключают между собой до­говор, в котором обязываются „не обидеть и не имати ничего (от княгини и) от детей, чем их кого благословил отец по розделу“. Подобное же обязательство находим и в договоре, заключенном сыновьями Великого князя Ивана Васильеви­ча, при жизни отца и по его приказу, в 1504 г.; обязательство это было повторено и по смерти отца в 1531 г. Князья вза­имно обязывались блюсти, не обидеть и не вступаться друг под другом и под детьми. Знаменательно то, что Иван Ва­сильевич не указом определяет отношения младшего сына к старшему, а договором. Мысль о том, что владетельные кня­зья подчиняются только такому закону, на который сами со­изволили, живет и действует еще и при Иване Васильевиче. Вот почему он и обратился к старому средству договора (Рум. собр. I. №№ 23, 133, 134, 140, 161). Таким образом, брат Великого князя Московского был такой же наследст­венный владетель в своем уезде, как и сам великий князь. То же надо сказать и о всех удельных князьях московского вре­мени.

3.

<< | >>
Источник: Сергеевич В.И.. Древности русского права: в 3 т. /В.И.Сергеевич; вступ. ст. Ю.И.Семенова; Гос. публ. ист. б-ка России. — М., 2007. Т.2: Вече и князь. Советники князя. —2007. — 595 с.. 2007

Еще по теме Наследственность владений:

  1. 44. Понятие и признаки вещей как объектов гражданских прав. Классификация вещей и её правовое значение.
  2. 67. Восстановление исковой давности. Требования, на которые не распространяется исковая давность.
  3. 6. Система гражданского права.
  4. 11. Структура гражданского правоотношения.
  5. 21. Исполнение опекунами и попечителями обязанностей в отношении подопечного. Распоряжение и доверительное управление имуществом подопечного.
  6. Статистика влияния типа грунтов на распространение КРН
  7. 53. Оспоримые сделки: основания, условия, последствия и момент недействительности.
  8. Моделирование методом конечных элементов. Численный эксперимент
  9. Химченко Алексей Игоревич. ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО: ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2014, 2014
  10. Комбинационные резонансы аддитивно-разностного типа
  11. Модели движения воздуха в воздушных пространствах конструкций вентфасадов при турбулентном режиме
  12. Моделирование теплопотерь в конструкции вентфасада с учетом скорости ветра и термического сопротивления вентилируемого воздушного пространства с отражательной теплоизоляцией
  13. Выводы по главе
  14. Влияние активаторов на зарядно-разрядные процессы