<<
>>

III. Княжеские съезды

Из предшествовавшего изложения следует, что древние княжения суть суверенные государства и что ограничения их суверенных прав возникают лишь из договоров. Ограниче­ния эти касаются только права междукняжеских сношений и являются в двояком виде.

Они или односторонние, или вза­имные. В первом случае получаются зависимые государства; во втором, при обоюдном условии „не канчивати“, зависи­мость взаимная, а потому здесь и не может быть речи о ка­ком-либо преимуществе одного князя перед другим; с точки зрения права — они равны: в случае заключения союза с третьими лицами необходимо совещание прежних союзни­ков и новое их по этому предмету соглашение. Совещания союзников вызывались еще и всякого рода общими пред­приятиями, о порядке ведения которых надо было условить­ся.

Эти разнообразные причины и вызвали у нас к жизни княжеские съезды, или снемы. Организация их во многих чертах напоминает порядки вечевых собраний.

И съезды, и веча одинаково называются Думой. Но су­щественная разница Княжеской думы от народной состоит в том, что Княжеская дума не имеет никакого определенного района действия. Вече действует в пределах своей волости; княжеские же съезды не привязаны ни к какой определенной территории.

Все независимые князья могут созывать съезды и при­сутствовать на них, но никто из них к тому не обязан. От инициатора съезда зависит решение вопроса о том, кого по­звать. Ротников своих инициатор, конечно, всегда пригла­шал; но он мог пригласить и не ротников с целью присоеди­нить их к имеющему состояться соглашению. Ввиду разроз­ненности княжеских интересов мы не встречаемся ни с од­ним случаем приглашения на съезд всех князей- современников. Но и приглашенные не были обязаны прие­

хать. Они приезжали, если хотели. На неприезд приглашен­ных надо смотреть как на нежелание их присоединиться к постановлениям съезда, которые всегда можно было до не­которой степени предугадывать.

Наши источники знают только частные съезды князей, в большинстве случаев съезды князей-союзников. Такие съез­ды происходили очень часто. Родственные отношения не играли при этом никакой решающей роли. Дальние родст­венники нисколько не затруднялись съезжаться для уговоров о совокупном действии во вред ближайшим. На съезде 1146 г. Давыдовичи (линии Святослава Ярославича) сошлись с Изяславом Мстиславичем (линии Всеволода Ярославича) и уговорились действовать против двоюродного брата своего, Святослава Ольговича (тоже линии Святослава); а в сле­дующем году съехались в Москве Юрий со Святославом Ольговичем (братья в 6-й степени) и условились действовать против Изяслава Мстиславовича, родного племянника Юрия, и против Давыдовичей, двоюродных братьев Свято­слава.

Порядки совещаний отличаются тою же неоформленно­стью, как и вечевые. Председателя не избирали: открывал прения тот князь, который созвал съезд. Решения не голосо­вались, и съезд ничего не мог постановить большинством голосов. Желающие присоединялись к предложению ини­циатора; всякий несогласный сохранял свободу действия. Да иначе и не могло быть в собрании независимых государей.

Принятые на съезде решения отличаются такой же не­устойчивостью, как и вечевые. Князь, присоединившийся к определению съезда, оставался верен ему, пока это ему нра­вилось, в противном случае он выступал из соглашения.

Приведем несколько свидетельств источников.

В 1169 г., по смерти Ростислава, на киевский стол всту­пил племянник его, Мстислав Изяславич, находившийся в дружественном союзе почти со всеми князьями правого и левого берега Днепра. В следующем году он задумал поход на половцев; так как он желал привлечь к участию в нем и своих союзников, то потребовалось совещание с ними. Вот

как летописец описывает состоявшийся по этому поводу съезд князей:

„Вложи Бог в сердце Мьстиславу Изяславичю мысль благу о Руской земли, занеже ей хотяше добра всим сердцем. И сзва братью1 свою и нача думати с ними, река им тако: „братье! пожальтеси о Руской земли и о своей отцине и де­дине, оже несуть хрестьяны на всяко лето у вежи свои, а с нами роту взимаюче, всегда переступаюче.

А уже у нас и греческий путь изотимають, и соляный, и залозный. А лепо ны было, братье, возряче на божию помочь и на молитву святое Богородици, поискати отець своих и деть своих пути и своей чести“. И угодна бысть речь его преже Богу, и всее братье, и мужем их. И рекоша ему братья вся: „Бог ти, бра­те, помози в том, оже ти Бог вложил таку мысль в сердце; а нам дай Бог за хрестьяны и за Рускую землю головы свое сложити44(Ипат.).

Предложение Мстислава было единодушно принято всеми съехавшимися в Киеве князьями; союзники дружно напали на половцев и нанесли им чувствительный урон. С этим рассказом летописца любопытно сравнить вышеприве­денное (с.206) описание съезда, устроенного Великим кня­зем Московским, для решения вопроса о сопротивлении на­шествию Тохтамыша. Среди созванных Дмитрием Иванови­чем князей оказалась „разность44. Летописец очень краток и не говорит, почему некоторые князья не хотели помогать; он не говорит и о том, как велико было число противников ве­ликого князя. Это, впрочем, довольно безразлично. Для энергического отпора татарам нужно было „одиначество44 князей; едва его не было, Дмитрию Ивановичу ничего не оставалось, как отказаться от своего решения и поспешить укрыться за Волгой, что он и сделал.

В 1183 г.

„Князь же (киевский) Святослав Всеволодович, сгадав со сватом своим, Рюриком, поидоша на половце и сташа у Олжичь, ожидающе Ярослава из Чорнигова. И устрете и

В других подобных случаях летописец говорит, что созывает „ротников своих“ (Ипат. 1147).

Ярослав и рече им: „ныне, братья, не ходите, но срекше вре­мя, оже дасть Бог, на лето пойдем66. Святослав же и Рюрик, послушавша его, возвратишася66 (Ипат.).

Старший брат и князь киевский, Святослав, по совеща­нии со своим союзником решается предпринять поход на половцев и действительно выступает против них. Оставалось только соединиться с младшим братом, Ярославом Черни­говским, чтобы вступить в землю Половецкую. Но едва при­ехал этот младший брат, как решенный уже вопрос о войне подвергся новому обсуждению и разрешен был совершенно в противоположном смысле.

Не менее характерно для наших древних порядков и из­вестие летописи под 1187 г., в котором решающая роль опять выпала на долю того же младшего брата и союзника киевского князя, Ярослава.

„Тое же зимы, — говорит летописец, — Святослав (ки­евский князь) сослався с Рюриком, сватом своим, и сдумаста ити на половце. Рюрик же улюби Святославлю речь, и рече ему: „ты, брате, еди в Чернигов, совокупися же со братьею своею, а аз сдесе со своею66.И тако совокупившеся вси князи русские поидоша по Днепру, нелзе бо бяшеть инде ити, бе бо снег велик. И доидоша до Снепорода и ту изимаша сторожи половецкые, и поведаша вежи и стада половецкая у Голубо­го леса. Ярославу же не любо бысть далее пойти, и поча молвити брату, Святославу: „не могу ити дале от Днепра, земля моя далече, а дружина моя изнемоглася66. Рюрик же поча слати ко Святославу, понуживая его, река ему: „брате и свату! нам было сего у Бога просити, а весть ны есть, а по­ловцы восе лежать за полдне!../6 Святославу же любо бысть, и рече ему: „аз есмь, брате, готов есмь всегда и ныне; но по­ели ко брату, Ярославу, и понуди его, а быхом поехали вси“. Рюрик же посла ко Ярославу, и рече ему: „брате! тобе было не лепо измясти нами! А весть ны правая есть, ажь вежи по- ловецкия восе за полдне, а великаго езду нетуть. А, брате, кланяются, ты мене деля пойди до полуднья, а яз тебе деля еду 10 днев“. Ярослав же, не хотя ехати, рече: „не могу по- ехати один, а полк мой пешь. Вы бы есте мне поведале дома, же до толе ити66. И бысть межи ими распря. Рюрик же много

понуживая их и не може их повести, Святослав же хоте ити с Рюриком, но не оста брата Ярослава. И возвратишася во свояси“ (Ипат.).

В данном случае было два съезда князей: на правом бе­регу Днепра совещались Ростиславичи, на левом — Олего­вичи. Несмотря на то, что все князья сошлись в одну думу, каждый из них сохранил командование своими войсками и свободу действия. В расстоянии полудня от стоянки полов­цев Ярослав не захотел идти далее.

Возникло новое совеща­ние, на котором выяснилось, что Святослав не желает идти без брата. И на этот раз, и опять благодаря несговорчивости младшего князя, Ярослава, все предприятие рушилось.

В 1189 г. тот же самый Святослав в союзе с Рюриком и другими князьями правого и левого берега Днепра предпри­нял поход на Галич. Достигнув Галича, но еще не начиная военных действий, князья стали рядиться „о волость Галиц­кую", т.е. совещаться о разделе еще не приобретенной добы­чи. На этом совещании соглашения между союзниками не состоялось, и они возвратились, ничего не достигнув.

Эти известия существенно пополняют сказанное выше о союзах единения. Всякое новое предприятие вызывает со­вещание и нуждается в новом соглашении. Если к соглаше­нию не приходят, предприятие рушится.

Под 1301 г. находим известие о съезде не союзников, а врагов, собравшихся для заключения мира:

„Того же лета учиниша снем у Дмитрова: Андрей, князь великый, Михайло, князь тферскый, Данило, князь московь- скый, Иоанн князь Дмитриевичь из Переяславля и взяша мир межю собою. А Михайло с Иваном не докончал межи со­бою" (Лавр.).

Кто хотел, тот помирился, кто не хотел, остался в преж­ней розни.

Но князья не всегда лично являлись на съезды, иногда они действовали чрез уполномоченных послов. В 1148 г.

„Володимер же и Изяслав Давыдовича, и Святослав Ол- говичь, и Всеволод Святославичь послаша послы свои к Изыславу Мьстиславичю, ищуще мира и тако рекуще..." (Ипат.).

К послам прибегают иногда как к дополнению съезда: договорившиеся о чем-либо на съезде приглашают через по­слов присоединиться к их решению* таких князей, которые на съезде не были. Эта замена князей послами ничего не из­меняла в существе дела.

В 1183 г. Святослав Всеволодович и Рюрик Ростиславич сговорились идти на половцев и отправили послов к своим союзникам, приглашая их участвовать в походе. На это при­глашение отозвались согласием: Мстислав и Глеб Святосла­вичи, Владимир, переяславский князь, Всеволод Луцкий с братом, Мстиславом, Мстислав Романович, Изяслав Давы­дович, Мстислав Городенский, Ярослав Пинский с братом, Глебом, и Ярослав Галицкий.

„А своя братия, — говорит летописец, — не идоша, ре­куще: „далече ны есть ити вниз Днепра, не можем своее зем­ли пусты оставити; но же пойдеши на Переяславль, то ску­пимся с тобою на Суле“ (Ипат.).

IV.

<< | >>
Источник: Сергеевич В.И.. Древности русского права: в 3 т. /В.И.Сергеевич; вступ. ст. Ю.И.Семенова; Гос. публ. ист. б-ка России. — М., 2007. Т.2: Вече и князь. Советники князя. —2007. — 595 с.. 2007

Еще по теме III. Княжеские съезды:

  1. О ПЛѢННЫХЪ ПО ДРЕВНЕМУ РУССКОМУ ПРАВУ (XV, XVI, XVII в-ька). И3СЛЕДОВАНІЕ И. д. Адъюнкта РишеЛьевскаГо Лицея Кандидата А. Лохвицкаго. МОСКВА. ВЪ УНИВЕРСИТЕТСКОЙ типографіи, 1855
  2. Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях
  3. 74. Убытки: понятие, виды, основания предъявления требований о возмещении, объём и условия удовлетворения.
  4. Моделирование теплопотерь в конструкции вентфасада с учетом скорости ветра и термического сопротивления вентилируемого воздушного пространства с отражательной теплоизоляцией
  5. Выводы по главе
  6. Влияние активаторов на зарядно-разрядные процессы
  7. 3.4. Обращения граждан.
  8. Заключение
  9. 9.3. Виды административного принуждения
  10. Общая характеристика исследования
  11. 16.2. Способы обеспечения законности и дисциплины в государственном управлении.
  12. Проблема выявления собственно церковнославянизмов и церковнославяно-русских полисемантов в идиолексиконе Вяземского: некоторые процедуры и результаты
  13. ПРИЛОЖЕНИЕ
  14. Формирование представлений о личностных и профессионально важных качествах идеального школьного учителя в 1900-1920 гг.
  15. Право на удовлетворение иска и право на получение судебной защиты
  16. Психолингвистический анализ современной медианоминации
  17. 21. Исполнение опекунами и попечителями обязанностей в отношении подопечного. Распоряжение и доверительное управление имуществом подопечного.
  18. Статистика влияния типа грунтов на распространение КРН