<<
>>

Введение

Во второй половине XIX в. в европейской культуре началась «общая перестройка эпистемы» (М. Фуко), обозначившая поворот от мета­физики к неклассическому философствованию. Интерес мыслителей

сместился с абстрактных структур разума на имманентную жизнь со­знания и целостное, не объективируемое человеческое существова­ние.

В связи с этим в поле зрения философов неизбежно оказалось повседневное человеческое существование и его структуры, которые рассматривались в качестве фундамента философской и научной ра­циональности (повседневность как «плавильный тигель рационально­сти», по выражению Б. Вальденфельса). Ф. Ницше, В. Дильтей, М. Хайде­ггер принадлежат к тем мыслителям, которые посредством обращения к «жизни» или «существованию» раскрывали жизненно-практические основания теоретического мышления, обнаруживая истоки генези­са категорий, логических форм в ткани повседневной практической и мыслительной деятельности человека. Центральная тема творчества Дильтея - проблема возможности перехода от структур повседневной жизни к теоретическим структурам гуманитарных наук. Осмысление индивидуального существования как историчного предстает, по су­ществу, в качестве модели гуманитарного познания, имеющего своей целью «построение исторического мира». Одним из первых филосо­фов, для кого исходным пунктом философствования стала «фактичная жизнь», лишенная всякого трансцендентного основания, был Хайдег­гер. В повороте его мысли от трансцендентальной феноменологии Гус­серля к фундаментальной онтологии, как известно, существенную роль сыграло влияние идей Дильтея: «Дильтей, безусловно, тематизировал определенную реальность - „жизнь", которая по своему характеру об­наружила себя как историчная»1. Задачей фундаментальной онтологии Хайдеггера, разумеется, не было решение вопроса о специфике наук о духе и обоснование их метода. Разработанная им «герменевтика фак­тичности» (Г.-Г.
Гадамер), или «герменевтика „я есть"» (П. Рикёр), ста­ла основой онтологии понимания, почвой для трактовки присутствия как историчного по своему существу. Однако «герменевтику фактич­ности» и философию жизни Дильтея сближает стремление «раскрыть и описать структуры, которые изначальнее, чем наше сознаваемое Я»[288][289], обнаружить их в фундаменте конструкций, возведенных разумом.

В лекциях 1936-40 гг., посвященных Ницше и относящихся ко вто­рому периоду творчества Хайдеггера, последний, разбирая трактовку феномена познания в «Воле к власти», обнаруживает у Ницше мотивы, близкие к его собственной аналитике повседневности - «герменевтике фактичности». По сути дела, именно она лежит в основе истолкова­

ния Хайдеггером тезиса Ницше о познании как схематизации хаоса под влиянием практических потребностей. Вместе с тем характер это­го истолкования в значительной степени определяется «поворотом» позднего Хайдеггера к новой постановке вопроса о бытии. Как извест­но, этот «поворот» произошел в значительной степени под влиянием Ницше. Его генеалогический метод, выступивший как инструмент деструкции метафизики и разума, стал грандиозной инициативой неклассической философии. Результатом деструкции явился ради­кальный феноменализм, утверждение имманентной жизни в качестве единственной реальности и отправной точки философствования. Это потребовало истолкования жизни как первичной сферы образования смысла, как «толкующего существования» (Ф. Ницше). Крупнейшие мыслители XX в. оценили генеалогический метод как герменевтику принципиально нового типа, своего рода прообраз феноменологиче­скойредукции1. В частности, П. Рикёр утверждал, что Ницше создал своего рода «редукционистскую герменевтику», «особый вид филоло­гии и генеалогии», в которой устанавливается новое отношение между явным и скрытым. В хайдеггеровском анализе тезиса Ницше можно обнаружить своеобразное пересечение двух герменевтик. Это пере­сечение, так же, как и проблема возможности оценки метода Ницше как своего рода феноменологии, является предметом интереса ряда исследователей[290][291]. «Собственная суть герменевтики фактичности - как ни странно это звучит - состоит в том, что уже в факте существо­вания должно быть заключено понимание и что само существование является герменевтическим, истолковывающим»[292], - отмечал Г.-Г. Га- дамер, характеризуя мысль раннего Хайдеггера. Эта характеристика может быть отнесена и к трактовкам жизни у Ницше и Дильтея, не­смотря на различие интенций философствования каждого из трех мыслителей и их философских проектов. В данной статье будут рас­

смотрены указанные версии истолкования изначальной реальности («жизни» или «присутствия») как имманентно осмысленной и в силу этого образующей почву теоретического разума. Такое исследование представляется важным для осмысления становления неклассической философии и путей ее развития в XX веке.

<< | >>
Источник: На философских перекрестках: коллективная научная мо­нография [С. А. Азаренко, Д. В. Анкин, Е. В. Бакеева, Н. В. Бряник, Ю. Г. Ершов, В. Е. Кемеров, Т. С. Кузубова, В. О. Лобовиков] / Урал. федер. ун-т им. первого Президента России Б. Н. Ельцина, Урал. гум. ин-т, Департамент философии. - М.: Академический проект; Екате­ринбург: Деловая книга,2019. - 292 с.. 2019

Еще по теме Введение:

  1. ВВЕДЕНИЕ
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. Введение
  4. Введение
  5. Введение
  6. Введение
  7. Введение
  8. ВВЕДЕНИЕ
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. ВВЕДЕНИЕ
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. ВВЕДЕНИЕ