<<
>>

§ 1. Марксистско-ленинская теория советского социалистического государства

1. В отличие от дооктябрьского периода развития российского общества и государства, отличающегося разнотипностью и многоукладностью, советский период их развития выделялся своим однотипным, социалистическим характером и единым социалистическим укладом экономики.

Аналогичным с точки зрения государственно-правовой однотипности и одноукладности экономики является также и постсоветское, раннекапиталистическое, радикально отличающееся от советского аналога по многим параметрам государство.

Подобно изучению российской государственно-правовой материи дооктябрьского периода под углом зрения практиковавшейся в данный период идеологии для глубокого и разностороннего понимания сущности, содержания, роли и назначения российского государства в советский и постсоветский периоды развития общества важное значение имеет, наряду с изучением реальной, окружающей государство в данные периоды экономической, политической, социальной и иной среды, рассмотрение отражающей его теории, отдельных идей и в целом политико-правовой идеологии.

В послереволюционный период, с октября 1917 г. и вплоть до 90-х гг. это была теория советского социалистического государства. А начиная с 90-х гг. - с момента разрушения Советского государства и вплоть до настоящего времени в российском государственно-правовом арсенале широко используются неолиберальные, капиталистического склада теории.

2. Обращаясь к теории социалистического государства, к типу которого относится Советское государство, следует заметить, что основы ее были заложены в трудах основоположников "научного коммунизма" К. Маркса и Ф. Энгельса и развиты в произведениях В.И. Ленина, а также в документах коммунистических партий и научных исследованиях других авторов, стоящих на марксистско- ленинских позициях*(976).

С момента своего зарождения марксистское учение о государстве и праве вообще и о социалистическом государстве и праве в особенности подвергалось резким нападкам и критике со стороны представителей самых различных политических течений и идеологий.

Подвергается оно им и в настоящее время. Это вполне понятно, если исходить из многократно подтвержденного жизненного тезиса о том, что любое учение о государстве и праве всегда отражает определенные, нередко весьма противоречивые политические взгляды и интересы, а также несовместимые друг с другом политические ценности и амбиции.

Марксистское учение о социалистическом государстве и праве, в отличие от других доктрин, практически не было полностью реализовано ни в одном из государств и правовых систем. В СССР и во многих других странах, называвших себя социалистическими, предпринимались попытки реализации идеи социалистического государства и права. Однако в силу многих объективных и субъективных причин они оказались безуспешными. Вместо социалистического государства и права, какими они представлялись в марксистской доктрине, были созданы их суррогаты, псевдомарксистские институты.

Марксисты всех направлений говорят о научности, прогрессивности развиваемых ими идей о социалистическом государстве и праве. Их политические и идеологические оппоненты, естественно, утверждают обратное.

Однако независимо от оценок и подходов к изучению марксистского учения о социалистическом, в том числе советском, государстве и праве, основные его постулаты и исходные положения остаются следующими.

Первое. Социалистическое государство и право, согласно марксистской

628

теории, возникают не эволюционным путем, путем постепенного перерастания буржуазного государства в социалистическое, а путем совершения социалистической революции. Ближайшей целью коммунистов, говорилось в "Манифесте Коммунистической партии", является "ниспровержение господства буржуазии, завоевание пролетариатом политической власти". А "первым шагом в рабочей революции" является "превращение пролетариата в господствующий класс, завоевание демократии"*(977).

В работах классиков марксизма-ленинизма обстоятельно разработана теория социалистической революции - ее цель, формы осуществления, основные направления, методы.

Еще в ранних произведениях К. Маркса и Ф. Энгельса развивались, например, идеи о необходимости соблюдения последовательности и непрерывности социалистической революции. Наши интересы и наши задачи, писали они, заключаются в том, "чтобы сделать революцию непрерывной до тех пор, пока все более или менее имущие классы не будут устранены от господства, пока пролетариат не завоюет государственной власти"*(978).

В более поздних их работах проводилась мысль о необходимости использования в процессе осуществления социалистической революции различных - мирной и немирной - форм. Восстание было бы безумием там, доказывал, в частности, Ф. Энгельс, "где мирная агитация привела бы к цели более быстрым и верным путем". И далее: "Мы, "ниспровергатели", гораздо больше преуспеваем с помощью легальных средств, чем с помощью нелегальных или с помощью переворота"*(979).

Используя марксистский тезис о непрерывности революции, В И. Ленин разработал доктрину о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую. "От революции демократической, - писал он, - мы сейчас же начинаем переходить и как раз в меру нашей силы, силы сознательного и организованного пролетариата, начнем переходить к социалистической революции. Мы стоим за непрерывную революцию"*(980).

Второе. Важной закономерностью и одновременно предпосылкой становления

629

и развития социалистического государства и права, согласно марксистской доктрине, является слом старой государственной машины, уничтожение буржуазного государственного аппарата.

Все перевороты, писал в связи с этим К. Маркс, лишь усовершенствовали старую государственную машину вместо того, чтобы сломать ее. Партии, которые, сменяя друг друга, боролись за господство, рассматривали захват этого огромного государственного здания, как главную добычу при своей победе"*(981).

Развивая эту мысль, В.И. Ленин убеждал, что "революция должна состоять не в том, чтобы новый класс командовал, управлял при помощи старой государственной машины, а в том, чтобы он разбил эту машину и командовал, управлял при помощи новой машины"*(982).

На вопрос, как это сделать, Ленин отвечал, что к слому старого, буржуазного аппарата нужно подходить строго дифференцированно, разнопланово. Дело в том, что в каждом буржуазном государстве, наряду с преимущественно-угнетательскими органами и институтами в виде армии, полиции, жандармерии и пр., которые подлежат немедленному слому, есть также органы, которые связаны с банками и синдикатами, выполняют учетно-регистрационные функции. "Этого аппарата разбивать нельзя и не надо"*(983).

Третье. Сущностью нового государства, функционирующего в переходный от капитализма к социализму период, является диктатура пролетариата. Данному положению в марксистской теории придается настолько важное, принципиальное значение, что с ним напрямую связывают принадлежность к марксизму или оппортунизму.

Марксист лишь тот, писал В.И. Ленин, "кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата. В этом - самое глубокое отличие марксизма от дюжинного мелкого (да и крупного) буржуа. На этом оселке надо испытывать действительное понимание и признание марксизма"*(984).

Что представляет собой диктатура пролетариата и что она означает? Если перевести это "историко-философское понятие" на более простой язык, разъяснял

630

Ленин, то она означает, что "только определенный класс, именно городские и вообще фабрично-заводские, промышленные рабочие, в состоянии руководить всей массой трудящихся и эксплуатируемых в борьбе за свержение ига капитализма, в ходе самого свержения, в борьбе за удержание и укрепление победы, в деле созидания нового, социалистического общественного строя, во всей борьбе за полное уничтожение классов"*(985). Диктатура пролетариата "есть особая форма классового союза между пролетариатом, авангардом трудящихся, и многочисленными непролетарскими слоями трудящихся"*(986).

Впервые идея диктатуры пролетариата была разработана К. Марксом и Ф. Энгельсом в таких известных работах, как "Немецкая идеология", "Манифест Коммунистической партии", "Нищета философии" и других их трудах.

Рассматривая диктатуру пролетариата не иначе, как власть пролетариата в переходный от капитализма к социализму период, как его "политическое господство", подобное политическому господству любого иного класса, пришедшему к власти, К. Маркс и Ф. Энгельс особо подчеркивали, что пролетариат использует свою политическую власть не только для того, чтобы "вырвать у буржуазии шаг за шагом весь капитал, централизовать все орудия производства в руках государства, т.е. пролетариата, организованного как господствующий класс", но и для того, чтобы "более быстро увеличить сумму производительных сил"*(987).

Диктатура пролетариата, согласно марксистскому учению, в теоретическом и практическом плане представляла собой не только насилие по отношению сопротивляющихся власти пролетариата классов, но она одновременно проявляла себя и как разносторонне-хозяйственное, социальное и иное созидание.

Необходимость диктатуры пролетариата, отмечал В. Ленин, после победы Октябрьской революции предопределяется тремя основными стоящими перед пролетарской властью задачами. Это: а) подавление сопротивления "свергнутых эксплуататорских классов"; б) организация социалистического строительства в стране; и в) обеспечение внутреннего правопорядка и защита общества и государства от нападения извне*(988).

На наличие в диктатуре пролетариата не только элементов насилия, как об этом упрощенно рассуждают ее прежние и нынешние неолиберальные критики, но и элементов созидания, неоднократно указывалось также, помимо "классиков марксизма-ленинизма", руководителем Советского государства в переходный от капитализма к социализму период И. Сталиным.

Акцентируя внимание на том, что "диктатура пролетариата имеет свои периоды, свои особые формы и разнообразные методы работы", он отмечал, что "в период гражданской войны особенно бьет в глаза насильственная сторона диктатуры. Но из этого вовсе не следует, что в период гражданской войны не происходит никакой строительной работы.

Без строительной работы вести гражданскую войну невозможно". В период же строительства социализма, рассуждал И. Сталин, "наоборот, особенно бьет в глаза мирная организаторская, культурная работа диктатуры, революционная законность и т.д. Но из этого опять-таки вовсе не следует, что насильственная сторона диктатуры отпала или может отпасть в период строительства"*(989). Органы подавления, армия и другие организации, - не без оснований утверждал автор, - "необходимы теперь, в момент строительства, так же, как в период гражданской войны. Без наличия этих органов невозможна сколько - нибудь обеспеченная строительная работа диктатуры"*(990).

Четвертое. В своем становлении и развитии социалистическое государство и право, согласно марксистской теории, проходит несколько этапов эволюционного изменения.

В советской и зарубежной марксистской литературе длительное время велись споры о количестве проходимых им этапов, их последовательности, сущности и содержании каждого из них - их качестве, наконец, о соотношении каждого этапа в развитии государства с соответствующими этапами развития общества.

Возобладала и получила достаточно широкое распространение, а затем и официальное закрепление в СССР точка зрения, согласно которой вновь создаваемое после совершения социалистической революции государство проходит следующие этапы в своем развитии: этап существования государства диктатуры пролетариата, 632

этап функционирования собственно социалистического государства и, наконец, этап развития общенародного государства.

Каждый из этих этапов в развитии государства и права соотносился с соответствующим этапом в развитии общества. А именно - этап существования государства диктатуры пролетариата соотносился с переходным от капитализма к социализму этапом в развитии общества. Этап функционирования собственно социалистического государства и права отражал особенности этапа развития собственно социалистического общества. И, наконец, этап развития общенародного государства соотносился с этапами существования и функционирования развитого социалистического общества.

Данная концепция развития социалистического государства и права, находящаяся в неразрывной связи с теорией становления и развития социалистического общества, получила свое прямое отражение в конституционных актах соцстран и в текущем законодательстве. Так, вКонституции СССР 1977 г. утверждалось о том, что, "выполнив задачи диктатуры пролетариата, Советское государство стало общенародным". Одновременно указывалось на то, что в обществе произошли огромные изменения, и оно превратилось в "развитое социалистическое общество", в "общество зрелых социалистических общественных отношений".

Возникшее на основе данного развитого социалистического общества государство, именовавшееся общенародным государством, обладало, согласно Конституции СССР 1977 г. и другим конституционно-правовым актам, такими особенностями, как выражение интересов не только рабочих, крестьян и интеллигенции, но и "трудящихся всех наций и народностей страны"; сохранение ими классовой сущности; развитие "подлинной" демократии в условиях нового общества и государства; усиление роли компартии; и др.

ВКонституции особо закреплялось положение о том, что "организация и деятельность Советского государства строятся в соответствии с принципом демократического централизма: выборностью всех органов государственной власти снизу доверху, подотчетностью их народу, обязательностью решений вышестоящих

633

органов для нижестоящих". "Демократический централизм, - констатировалось в Конституции, - сочетает единое руководство с инициативой и творческой активностью на местах, с ответственностью каждого государственного органа и должностного лица за порученное дело"*(991).

Пятое. Формой правления социалистического государства, согласно марксистскому мировоззрению, является республика. Касаясь данного вопроса, Ф. Энгельс писал: "Маркс и я в течение сорока лет без конца твердили, что для нас демократическая республика является единственной политической формой...", однако она, "как всякая другая форма правления определяется своим содержанием"*(992).

В переводе на язык политической практики это означает, что для социалистического государства приемлемой формой правления является лишь та республика, которая служит интересам трудящихся масс и которая, следовательно, наполняется социалистическим содержанием. Что же касается всех иных, несоциалистических форм, в частности республиканской формы буржуазного государства, то она, по словам Энгельса, "также враждебна нам, как любая монархия, если отвлечься от форм проявления этой враждебности". В силу этого "принимать ее за форму по существу социалистическую или доверять ей, пока она во власти буржуазии, социалистические задачи - это ничем не обоснованная иллюзия"*(993).

Развивая идеи о республиканской форме правления социалистического государства применительно к России, Ленин признавал в качестве таковой лишь Советы. На первых этапах развития государства это были "Советы рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху"*(994), а на последующих - Советы народных депутатов и Советы депутатов трудящихся.

На последнем этапе существования Советского государства в политическую систему российского общества был введен институт президентства. Однако в силу ряда объективных и субъективных причин какой-либо позитивной роли для укрепления позиций советского общества и государства он не сыграл.

Что же касается формы государственного устройства, то, согласно

634

марксистской политической концепции, предпочтение отдавалось унитарному государству, построенному на основе принципа демократического централизма. При этом, как утверждал Ленин, демократический централизм "не только не исключает местного самоуправления с автономией областей, отличающихся особыми хозяйственными и бытовыми условиями, особым национальным составом населения и т.п., а напротив, необходимо требует и того и другого"*(995).

Выдвигая на первый план унитарное государство, теоретики марксизма - ленинизма в то же время не отрицали возможности существования при определенных условиях и федеративной формы социалистического государства. В практическом плане попытки реализации федеративной формы организации государства предпринимались на всех этапах развития советского, как, впрочем, и постсоветского государства, и оказались довольно успешными.

Шестое. В неразрывной связи и взаимодействии с советским социалистическим государством находится право. Оно является средством решения стоящих перед государством задач.

Согласно марксистской концепции сущность права, как и государства, заключается в том, что оно выражает волю и интересы господствующего класса. Если государство, по мнению основоположников научного коммунизма, "есть та форма, в которой индивиды, принадлежащие к господствующему классу, осуществляют свои общие интересы", та "форма организации, которую неизбежно должны принять буржуа, чтобы - как вовне, так и внутри страны - взаимно гарантировать свою собственность и свои интересы", то право есть то средство, с помощью которого эти интересы, трансформируясь в государственную волю, проводятся в жизнь.

На первых этапах становления и развития социалистического общества государство и право, в соответствии с марксистской доктриной, выражают интересы рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции. На этапе развитого социалистического общества - интересы всего народа.

Седьмое. Государство и право, согласно марксистскому пониманию, не

635

являются вечными и неизменными явлениями. По мере развития классового общества и постепенного отмирания классов государство и право как классовые институты и явления также прекращают существование.

Особенность марксистского представления о государстве и праве заключается в том, что оно связывает напрямую с классами не только процесс возникновения и развития государственно-правовых институтов, но и процесс их отмирания.

Последнее не следует понимать как искусственно формируемый или насильственный процесс. Это, с марксистской точки зрения, естественный процесс, обусловленный развитием экономики, общества, а вместе с ними - государства и права. Нам не следует подхлестывать, искусственно форсировать данный процесс, отмечал Ленин. Мы вправе говорить "лишь о неизбежном отмирании государства, подчеркивая длительность этого процесса, его зависимость от быстроты развития высшей фазы коммунизма и оставляя совершенно открытым вопрос о сроках или о конкретных формах отмирания"*(996).

Что требуется для отмирания государства и права? Какие условия для этого необходимы? Отвечая на эти вопросы, сторонники марксизма указывают прежде всего на необходимость создания соответствующих материальных, социальных и иных условий, ведущих к стиранию классовых различий, а также - к формированию высокого уровня общественного сознания. Весьма важным является научить людей работать на общество "без всяких норм права", без всяких принуждений; создать все необходимые условия для того, чтобы "основные правила человеческого общежития" со временем стали для всех людей привычкой*(997).

Эта благородная по своей природе, но утопическая цель освободить будущее человечество от государства и права, от любых форм государственно-правового давления и принуждения, сделать всех в высшей мере сознательными и свободными формулировалась не только в теории, но и ставилась на практике. В Конституции СССР 1977 г. (впреамбуле) объявлялось, например, что "высшая цель Советского государства - построение бесклассового общества, в котором получит развитие общественное коммунистическое самоуправление".

Развитое социалистическое общество рассматривалось как "закономерный этап" на пути построения бесклассового общества, а общенародное государство и право считались важной вехой на пути отмирания государства и права.

Это была теория, развивавшаяся в нашей стране и других, называвших себя социалистическими, странах в течение ряда десятилетий. Однако зачастую практика была иной. Закрепляя, например, вКонституции СССР 1936 г. за советскими гражданами широкий круг прав и свобод, государственная власть действовала совершенно по-иному практически. Политические репрессии конца 30-х гг., ссылки, незаконные осуждения тысяч невинных людей свидетельствуют о глубоком противоречии социалистической государственно-правовой теории и практики.

Столь же далекой от марксистской теории была проводившаяся в нашей стране и других странах в последующие годы практика государственно-правового строительства по ряду весьма важных направлений. Она касалась, например, природы и характера общенародного государства и права, которые теоретически объявлялись институтами всех слоев и классов общества, а практически находились в руках правящих кругов; государственного устройства Советского государства, которое теоретически считалось федеративным, а практически содержало в себе значительное число "унитарных" признаков и черт; и др.

3. Расхождение на отдельных этапах развития советского общества и государства, так же как и любого иного общества и государства, между государственно-правовой теорией и практикой ее реализации, отнюдь не дает оснований для обобщения и выводов об ущербности в целом этой теории и несостоятельности всей государственно-правовой практики.

В частности, весьма трудно назвать научными и адекватно отражающими всю советскую государственно-правовую действительность выводы некоторых авторов, специализирующихся на критике советского периода в развитии российского общества*(998), о брутальной, тоталитарной природе и характере Советского государства, сделанных исключительно при рассмотрении всей истории государства сквозь призму политических репрессий 30-х гг. или же "красного" и "белого" террора

637

20-х гг. В данном случае имеет место подмена общего частным, что грубо нарушает элементарную логику научного познания.

Это, наряду с другими подобного рода "подходами" и приемами, следует иметь в виду и учитывать в процессе рассмотрения теории Советского государства на разных этапах развития соотносящегося с ним общества.

Больше того, при рассмотрении и оценке характера расхождений между советской государственно-правовой теорией и практикой ее реализации, во избежание однобокости в оценке данного явления, следует учитывать тот факт, что некоторые из этих расхождений сыграли в жизни советского общества и государства на некоторых этапах их развития не негативную, а скорее позитивную роль.

Речь идет, в частности, о расхождении, имевшем место между конституционно закрепленными федеративными началами Советского государства, с одной стороны, и фактическим усилением на определенных этапах развития советского общества в форме его государственного устройства унитарных начал, с другой стороны *(999).

Дело в том, что в процессе реализации данных, равно как и любых иных конституционно закрепленных положений, необходимо учитывать не только их традиционные, отраженные вКонституции признаки и черты, но и условия, при которых происходит их реализация. Ибо если на этапах нормальной жизнедеятельности советского общества и государства в отношениях между федеральным центром и субъектами федерации доминировали традиционные федеративные начала, то в чрезвычайных для страны ситуациях, как это было, например, во время Великой Отечественной войны, когда для победы требовалась максимальная концентрация сил и ресурсов, а вместе с тем и централизация государственной власти, в отношениях между ними с неизбежностью проявлялись и "унитарные" начала.

Аналогичным образом обстояло дело также и с некоторыми другими расхождениями между конституционно закрепленными теоретическими положениями, касающимися Советского государства и права, с одной стороны, и практикой их реализации на различных этапах развития советского общества, с

638

другой.

Исходя из этого, в процессе изучения теории Советского государства весьма важным представляется иметь в виду и учитывать такого рода факты порою неизбежного расхождения между официально декларированной теорией и практикой ее реализации. Они были обусловлены особенностями советского общества на тех или иных этапах его развития, а также - особенностями проводимой на этих этапах официальной политики.

Важно учитывать, кроме того, то обстоятельство, что, будучи марксистской по своей природе и характеру, разделявшей конечную идеологическую цель - построение бесклассового общества, теория Советского государства тем не менее подвергалась значительным изменениям и "корректировкам" на различных этапах развития советского общества, на базе которого Советское государство возникало и развивалось.

В отличие от "единой" на настоящий момент теории постсоветского - переходного от социализма к капитализму, правового и социального государства, теория Советского государства не является таковой, а идентифицируется в зависимости от этапов развития советского общества и, соответственно, представляется как теория государства диктатуры пролетариата, теория советского социалистического государства и теория общенародного государства.

Сравнивая между собой советскую и постсоветскую государственно-правовую теорию и отмечая "фрагментарность" первой по сравнению со второй, следует заметить, во-первых, что эта "фрагментарность" не является стихийной и произвольной, а обусловливается объективными обстоятельствами, связанными с происходящими в социальной и других структурах советского общества радикальными изменениями. В этом смысле "фрагментарность" советской государственно-правовой теории и идеологии отражает такие присущие им качественные особенности, как социально-политическая гибкость и динамизм.

А во-вторых, следует иметь в виду, что "фрагментарность" советской государственно-правовой теории, так же как и "единство" постгосударственной

639

государственно-правовой теории имеют относительный характер.

Дело в том, что советская государственно-правовая теория, независимо от особенностей ее развития на том или ином этапе эволюции общества, "скрепляется" в конечном счете, с помощью общей для всех этапов развития общества и государства, марксистско-ленинской идеологии, в единую, стратегическую по своему характеру теорию.

В то время как в условиях постсоветского политического и идеологического "плюрализма" и отсутствия подобного рода скреп государственно-правовая теория, ориентированная в основном на западную, весьма разношерстную идеологию, складывается из таких относительно самостоятельных, единых по своей сути и содержанию теорий, как теория переходного от социализма к капитализму государства, теория правового и социального государства, теория гражданского общества, теория прав человека и др.

Относительная самостоятельность и единство этих теорий самих по себе, не связанных общей государственно-правовой идеологией, имеет строго локальный, индивидуальный, но отнюдь не широко охватывающий, глобальный характер.

Основная причина этого заключается в том, по справедливому замечанию экспертов, что "у страны нет грамотной единой ориентированной на национальные приоритеты стратегии"*(1000).

<< | >>
Источник: Марченко М.Н., Дерябина Е.М.. Теория государства и права России. Том 1. Государство: учебное пособие. - М.: МГУ им. М.В. Ломоносова,2019. - 640 с.. 2019

Еще по теме § 1. Марксистско-ленинская теория советского социалистического государства:

  1. Марченко М.Н., Дерябина Е.М.. Теория государства и права России. Том 1. Государство: учебное пособие. - М.: МГУ им. М.В. Ломоносова,2019. - 640 с., 2019
  2. Марченко М.Н., Дерябина Е.М.. Теория государства и права России. Том 2. Право: учебное пособие. - М.: МГУ им. М.В. Ломоносова,2019. - 448 с., 2019
  3. Иванов А.А., Малахов В.П.. Теория государства и права. Учебное пособие. - М.:2012. - 351 с., 2012
  4. Заячковский О.А., Маскаева И.И., Усенко Ю.Н.. Теория государства и права: учебное пособие. — Ка­лининград: Изд-во БФУ им. И. Канта,2011. — 272 с., 2011
  5. Теория государства и права: учеб. пособие для студен­тов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруден­ция» / В.П. Малахов, И.А. Горшенева, А.А. Иванов. — М.,2012. — 159 с., 2012
  6. ИБРАЕВА А.С., САРТАЕВ С.А., ИБРАЕВ Н.С., ЕСЕТОВА С.К., СЕЙФУЛЛИНА А.Б.. ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА. АЛМАТЫ, 2017, 2017
  7. ГЛАВА 4. ТЕОРИЯ РАСЧЕТА ОГРАЖДАЮЩИХ КОНСТРУКЦИЙ С УЧЕТОМ ОТРАЖАТЕЛЬНЫХ СВОЙСТВ ИХ ПОВЕРХНОСТЕЙ
  8. Участие государства в финансово-хозяйственной деятельности эмитента
  9. Государство и право дореволюционной России. ЛЕКЦИЯ, 2019
  10. Стешенко. История государства и права России_V - начало XX века Т.1, 2003
  11. Б.Н. Земцов. ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА РОССИИ: Учебное пособие. - М.: Изд. центр ЕАОИ.2008. - 336 с., 2008
  12. § 2. Направления совершенствования российского законодательства о банковской тайне в условиях передачи кредитными организациями информации о своих клиентах, являющихся иностранными налогоплательщиками, налоговым органам иностранного государства
  13. Список литературы