Простые русские имена


Если любого из нас спросить, что такое Иван, Владимир, Татьяна,— очевидно, ответ будет однозначный: имя. Что еще обзначают эти слова? — Ничего. Даже при так называемом вторичном использовании: «Татьяна» — кухонный гарнитур или ткань, «Владимир» — старинный русский орден, указанные слова остаются именами, хотя и других вещей.
Исторически сложилось так, что большинство русских имен не аначат ничего, кроме того, что это имена.
Вслед-ствие этого мы воспринимаем кан имена многие звуко-сочетания, не имеющие в нашем языке нарицательного значения. Но это не значит, что все слова, которые мы не понимаем, следует считать русскими именами. Русские имена личные это особые слова, не воспринимающиеся в связи со своим первоначальным нарицательным значением, которые традиционно употребляются для именования людей в русских семьях. Именно традиция сделала их своими, родными.
Календарные имена постепенно входили в русский язык, при этом из южнославянской языковой стихии они перешли в восточнославянскую, с иными особенностями словообразования и Словоизменения. О постепенности проникновения этих имен к русским свидетельствует тот факт, что в домонгольский период в сохранившихся от того времени минеях (помесячных перечнях) было всего 330 мужских и 64 женских имени, в Сирском месяцеслове, датируемом V веком, 181 мужское и 11 женских. Состав имен в обоих перечнях совпадает не полностью. За исключением повторяющихся имен в обоих документах вместе 445 мужских имен и 72 женских.
Среди имен, давно употребляющихся на Руси и подтвержденных византийскими источниками, 92 мужских и 33 женских имени не отмечены ни в первоначальных минеях, ни в Сирском месяцеслове. По-видимому, они постепенно добавлялись в календари по мере переписывания последних. С указанными добавлениями это составляет основной фонд календарных имен, насчитывающий 537 мужских и 105 женских. Византийские источники XIX—XX вв. включают всего 400 мужских и 90 женских имен. При более или менее относительной стабильности основного фонда русских календарных имен, его состав постоянно колебался по разным причинам.
С одной стороны, на Руси была очень сильна традиция компилляции, самостоятельного составления календарей как отдельными лицами, так и монастырями, которые пы-тались из сопоставления разных источников выявить имена малоизвестные, а также включить в свои календари памяти местно чтимых святых. С другой стороны, время от времени осуществлялись критические пересмотры списков календарных имен и из них изымались отдельные памяти.
В течение XVII—XIX вв. происходит резкое увеличение общего числа календарных имен, употребляющихся в России. Причины этого не вполне ясны, как не вполне ясны и источники пополнения, поскольку в византийских перечнях многих из вновь включенных имен не было. Вследствие этого Жития всех святых за 1916 г. содержат 863 мужских и 232 женских имени, а календарь за 1960 г. — 874 мужских и 228 женских, при этом в него не вошли 268 мужских и 57 женских имен из миней XI—XIII вв.
Так постепенно формировался состав русских календарных имен. Следовательно, современные русские имена (а они в большинстве своем календарные) — это результат тысячелетнего обращения в нашем языке некоторого мас-сива специальных слов, первоначально чужих, иноязыч-ных. За это время произошло их освоение русским языком, приспособление к нему и даже частичное воздействие их на русский язык. Дело в том, что если заимствуется одно или несколько слов, они подвергаются в принимающем языке значительным изменениям. Если же заимствуется определенный лексический массив, составляющие его единицы как бы поддерживают друг друга. Они группируются в ряды однотипных слов с аналогичными начальными или конечными элементами и формируют свою особую подсистему. Так произошло в русском языке с заимствованными календарными именами. Придание календарным именам кодифицированной формы цер-ковнославянского языка, принятого в Московской и в Юго-Западной Руси (а это были разные формы) произошло в конце XVI—XVII вв. До этого времени заимствованные имена приспособлялись к русской народной речевой стихии, развивая многообразные формы. Это был естественный процесс преобразования одних имен под влиянием других и всех чужеязычных имен под влиянием условий принимающего языка.
(.,Заимствованные имена развивали народные, разговорные, сокращенные и ласкательные формы, весьма специфичные для отдельных языков и даже говоров одного языка. Например, в русском языке в процессе таких преобразований произвольно наращивалось или отбрасывалось конечное -ий, свойственное многим, но далеко не всем мужским именам. Так, имя Гурий превращалось в Гур, Софроний — в Софрон, Артемий — в Артем и наоборот: Софон — в Софоний, Roman— в Потапий. Способностью сокращать длинные, и даже достаточно короткие имена обладают многие языки, а правила, по которым это делается, и набор соответствующих суффиксов в каждом язкгке свои. Все славяне иной раз просто усекают длинное имя: Николай — Никола, Александр — Алексап, Никита — Никит. Чехи отсекают от двуосновного имени вторую основу, а к первой добавляют соответствующий суффикс. Так Славомир, превращается в Слмещ а Мирослав — в Мирек, Рудольф — в Руда, Якуб — в Кубик и даже Кубичек.
В результате различных преобразований первоначальная форма имени может совсем потеряться. Так, русские сокращенные формы имен Шура и Нюра состоят из одних только суффиксов. Мы просто знаем, каким полным именам соответствуют эти сокращенные. Догадаться же не зная — невозможно. Образовались эти уменьшительные следующим путем: у имени Александр (или Александра) усекается конечная часть и прибавляется суф. -ша: Алексаша, затем — усекается начало: Саша, добавляется суф. -ура: Сатура и снова усекается начало: Шура. Подобным же образом, в несколько этапов, образовывались сокращенные Нюра, Нюша, Нюся от имени АнЬа: сначала усекался конец: Аня, затем прибавлялись ласкательные суффиксы: Анюра, Анюса,, Анюша, затем усекалось начало: Нюра, Нюся, Нюша.
У близких к нам по языку и по традициям присвоения имен южных славян от имени Ана (равно нашему Анна) образуются следующие неофициальные формы: Аникаf Анина, Анита, А ница, Аничка, Анка, Анешка, причем некоторые из них имеют тенденцию превратиться в паспортные. Параллельно с такими формами имен, как Андрей, Алексей, Елисей, Игнатий, у южных славян существуют мужские же Андрея, Алексия, Елисия, Игнатия, которые мы бы восприняли, как женские.
Продолжая традицию древнего славянского имятвор- чества, южные славяне создают новые двуосновные имена,, используя в качестве одной из основ общеизвестные календарные. Так, с именем Петр образуют двуосновные имена Петрозар (как Светозар), Петромилх Петромир, Петрослав, с именем Ирина — Ирислава, с именем Павел — Павлимир, с именем Миша (сокращенное к Михаил) — Мишодар, с именем Сава — Савомир и т. д.
Преобразования, которым календарные имена подверглись в русском языке, были совершенно иными. Вследствие этого, заимствованные из одного и того же источника в разные языки имена в своих преобразованных народных, а также сокращенных формах отстоят друг от друга значительно дальше, чем в изначальных официальных.
Например, в отдельных говорах русского языка имя Евдокия получило формы Елдокёя, Авдокйя, Алдакёя, Алддтъя, Авдотйя, Авдбтъя; имя Евгения развило варианты Евдёния, Евдйнья, Евйния, Евлёния, Евлйнья, Елъдйнья, Ивдёнъя, Игвёния, Виденья, Алгёнъя, Алгйння, Алгбнъя. Имя Евлампия получило вариант Лампёя, Платон — Латбн, Галактион — Лактибн и через сбли-жение со словом локоть — Локтибн, Клеопатра — Ле- пйтра, Епиетима — Лепестйнъя.
Поиски понятного в непонятном — постоянно действующий процесс в любом языке. Как следствие его многие имена видоизменяют свою форму, стремясь приблизиться к известным словам своего языка. Особенно наглядно это на примере сокращенных и ласкательных имен.
Д. К. Зеленин (1904) вслед за Н. М. Тупиковым (1903) перечисляет некоторые русские народные формы личных календарных имен, содержащие суффиксы субъективной оценки.
Народная Официальная Народная Официальная
форма имени форма имени форма имени форма имени
Вахна Иван Конша Кондратий
Вахруша, Варфоломей Костяжко Константин
Вахрамёй Леска Елисей
Вохно Иона Михнос Михей
Галаш Галактион Окиня Акинфий, Иакинф
§
анша Данил, Даниил Осташ Евстафий
орко Дорофей Парша Парфбн, Парфений
Евся, Евша Иев, Евсей Пихно Филипп
Ивоня Иона, Иван Тиша Тихон
Игоня Игнатий Чуггрс Киприан, Куприян
Клиша Клим, Климент Яхна Яков
Одни и те же русские сокращенные формы могут относиться к нескольким разным полным именам, например, Люся — Людмила, Ольга, Луиза и даже Анатолий (через Толя, Толюся); Митя — Дмитрий, Митрофан; Мара — Мария, Маргарита, Эльмара, Тамара. И наоборот, одному и тому же полному имени соответствуют несколько сокращенных: Дмитрий — Митя, Дима\ Мария — Маня, Маша, Маруся, Мара, Муся 9.
Показательно и следующее: чем раньше заимствовано имя, чем дольше употребляется оно в нашем языке, чем оно более частотно, тем больше уменьшительных, ласка-тельных и прочих форм оно имеет. Так, у имени Иван
• Большой перечень уменьшительных и ласкательных форм имен включен в Словарь русских имен Н. А. Петровского.
х свыше ста, при этом различные суффиксы могут добавляться как к полной, так и к усеченной И преобразованной основе:
Иван — Иванушка, Иванец, Ивантей, Иванчик, Иванча, Ива- нище, Иванчище;
Ива — Иваша, Ивашка, Ивша;
Ваня — Ванька, Ванечка, Ванюша;
Вака — Вата, Ваша.
Некоторые неофициальные формы имен совсем не похожи на полные, паспортные. Многие формы ушли в прошлое, но подтверждение того, что они существовали, сохраняется в фамилиях. Например, фамилия Полёткин образована совсем не от полета, а от одной из неофициальных форм имени Ипполит, ср. Полит, Полет, фамилия Петелин — не от петель, а от одной из форм имени Пан- телей, фамилия Палкин — от фамильярного Палка к Павел, фамилия Вахрамеев, Бахрушин, Вахрушев, Охромеев происходят от различных неофициальных форм имени Варфоломей: Вахрамей, Вахруша, Охромей.
К сожалению, народные разговорные и сокращенные формы имен собраны у нас до сих пор не полностью^ хотя работа в этом направлении ведется. Полный сбор таких имен позволил бы точнее определить границы нашего языка, уяснить происхождение некоторых фамилий и географических названий.
В послевоенные годы наши археологи, последовательно раскапывая и анализируя слой за слоем почву в Новгороде Великом, обнаружили грамоты на бересте, простом и общедоступном материале для письма. Это была частная переписка.новгородцев, записки с поручениями типа пришли мне сорочку (пишет муж к жене) или пришли своего человека и даже детские каракули и рисунки. Датируются грамоты XI—XV веками. А. В. Арциховский и В. JI. Янин опубликовали полное собрание этих грамот. Грамоты дают представление о языке новгородцев того времени и об именах, которыми они пользовались. Н. В. Подольской сделана специальная выборка имен из этих грамот. Вот в каких формах засвидетельствованы у новгородцев некоторые из общеизвестных обыкновенных русских имен:
Олександр(Александр)10, Олексей, Олекса(Алексей), О напил (Ананий), Ностасия, Настасея (Анастасия), Ондреи (Андрея), Ana(Анна), Онтон (Антон), Онфим (Анфим), Ортимии, Орте.мка
і® Б скобках приводятся современный формы имен. (Артемий, Артём), Офонвс, Афанас (Афанасий), Вйвула (Вавила), Волфромеи, Олфоромеи (Варфоломей), Василеи, Василии, Васка, Василно, Василь(Василий), Вяцеслав (Вячеслав), Гюръги, Гюръееи, Гурги, Юрви, Юрьеии, Юрии, Юрка, Юрко (Георгий, Юрий); Григорий, Грезореи, Гриеореи, Грива, Грикша, Грихна, Гришка, Гриска (Григорий), Демиян, Демеяп, Демьян, Демеянко (Демьян), Данила, Данилка, Данъша (Данила, Даниил), Демитр, Домитр, Дмитр (Дмитрий);Олена (Елена), Олисаеа (Елизавета), Олиееи (Елисей), Овдоким (Евдоким), Овдокия (Евдокия), Остафии (Евста- фий), Офимия (Евфимия, Ефимья), Офрем (Ефрем), Коснятин, Костянтин, Коста, Костка (Константин), Синофонт (Ксенофонт), Митру фан, Митроша (Митрофан),Микита, Микиша (Никита), Микифор, Мекефорко (Никифор), Никола, Минула (Николай), Самоил (Самуил), Софонтеи (Софоний), Терепьтеи, Тереха, Терох (Терентий), Фовронея (Феврония), Хоритан, Харетон (Харитон), Федор, Фодор (Фбдор).
В таких формах имена были приняты в новгородский говор русского языка XI—XV вв.
Говор этот всегда обладал своими особенностями. До сих пор в нем отмечается неразличение согласных ц и ч, т. е. появление ц там, где мы ожидали бы ч, и наоборот, например,чапля вместо цапля, хоцу вместо хочу. Эта особенность отразилась и на имени Вячеслав, представленном в форме Вяцеслав, и на древнерусском имени Волчок, написанном в грамоте XIII в. в форме «к влцъкоу». Во многих именах (Александр, Алексей, Антон и др.) на месте ожидаемого а мы находим о. Также о получалось на месте начального е (Олена, Овдоким). Ряду русских говоров характерно превращение начального н в календарных именах в м (Микита, Микифор). Новгородский говор входит в их число. Так календарные имена были восприняты новгородским говором. 1
Новгородский говор сыграл важную роль в формиро-вании русских календарных имен на значительной тер-ритории Севера РСФСР, куда он проник вместе с новго-родской колонизацией. Так, например, карелы приняли христианство в XII в. от новгородцев. И до сих пор ка-лендарные имена, принятые у карел, несут на себе отпе-чаток новгородского говора.
Почти все календарные имена в результате многовекового «обкатывания» в русском языке сделались чем-то похожими друг на друга и на прочие слова русского языка, как становятся похожими друг на друга морские камешки в результате работы волн. Но похожими они делаются лишь по форме. Каждый камешек сохраняет свой цвет и узор. Так произошло и с именами: они изменили свою форму приспособив ее к условиям русского произношения, склонения, словообразования., по каждое имя сохранило что-то свое.
В силу специфических требований, предъявляемых к именам личным в русском языке, имена, смысловая сторона которых преобладает над назывной, выпадают из языка. Среди имен, заимствованных из Византии, были созвучные со словами русского языка Мардарий, Пахом, Сосий, Акакий, Уриил, Вукол, Карп, Усфазан, Урван, Макрина, Улита. Это очень повредило им как именам.
Лишь четыре русских календарных имени полностью совпадают с обычными словами русского языка. Это женские Вера, Надежда, Любовь и мужское Лев. В греческом им соответствовали имена с тем же значением основ, но составленные из греческого языкового материала: Пи- стис, Элпис, Агапе, Леон. В русский язык они были заимствованы не в своей исходной форме, а с помощью перевода. Такой вид заимствования, когда по образцу слова одного языка создается слово другого языка, выполняющее ту же функцию, называется калькой, а сам процесс такого за-имствования — калькированием. В источниках XI— XIII вв., пока фонд русских календарных имен еще только оформлялся, находим мужское имя Берн, после 1300 г. его заменяют греческие формы Пистома и Лист. Женское Вера отмечается в самых ранних русских источниках. Там же находим имя Лев. В русских народных говорах оно получило формы Львей и Лёв. Параллельно с этой русской калькой имя Лев заимствовалось в своем греческом звучании Леон, но официальной календарной формой была Лев. Максим Грек выделяет форму леон и дает к ней пояснение: «а по рускы левъ, зверь есть лютъ зело». По-видимому в этой своей форме имя Леон все же употреблялось, поскольку есть фамилия Леонов и народные разговорные формы Левон и Лявон. Имя Леонид от-сутствовало в первоначальных минеях, но имелось в Сирском месяцеслове У в. Авторы XVI—начала XVII вв. Максим Грек и Памва Берында приводят слово Леонид не как имя, а с пояснением «мал львич, лвичыц», т. н. львенок. Наконец, от той же основы были образованы имена Леонт и Леонтий.
Интересно отметить, что имя Надежда (Надежа, Надея, Надей) в берестяных грамотах используется как мужское. Мужские формы этого имени отмечены также у С. Б. Веселовского: Надёжа, Надежник, Надея: Надея Светешников (1613, Калуга), Надежа Михайлович Иг- натьев, Надежа Богданович Владыкин (XVI в., Коломна). Имя Любовь, Любава, Любаша — всегда женское.
По мере освоения фонда заимствованных имен определялось отношение к ним русских людей, выделялись группы любимых и нелюбимых имен. Последнее особенно отразилось в фольклоре. Например, именем Фалалей (Фалелей) обычно зовутся отрицательные персонажи, именем Иван — положительные. Параллельно с формированием сословий появляется имена, типичные для отдельных социальных групп. Регулярно повторявшиеся в царском доме Романовых имена Александр, Николай, Павел, Мария, Анна, Александра, Екатерина, Елизавета и ряд других охотно давались во всех сословиях. Определился круг монашеских имен, которые принимались людьми, ушедшими от светской жизни. Часто (но не всегда) мо-нашеские имена подбирались на ту же букву, что и мирские имена. Например, известный русский китаист Палладий звался в миру Петр Иванович Кафаров. К числу монашеских имен относились также Андроник, Варлаамх Гурий, Досифей, Мисаил, Евлампий, Фотий, Клеоник, Никон, Паисий, Ириней, Филофей и др. В силу того, что они стали слишком типичными церковными именами, их почти перестали употреблять как мирские. К числу монашеских в XVIII—начале XIX в. относилисьГеннадий, Виталий, Аркадий. Со второй половины XIX в. начинается их оживление как имен мирских. Когда А. Н. Островский писал «Лес», некоторый налет отшельничестваг по-видимому, еще не сошел с имен Аркадий и Геннадий, которыми он назвал двух странствующих актеров. К числу специфических крестьянских имен в XIX в. относились Антип, Гаврила, Емельян, Ермолай, Касьян; Агафья, Арина, Дарья, Матрёна.
Отдельные лица в индивидуальном порядке стремились выбрать для своих детей редкие и редчайшие имена: Аполлон, Кандид, Никтополеон, Снандулия, Сосипатра.
Ко второй половине XIX в. наметилась небольшая группа купеческих имен: Тит, Гордей, Фома, Фрол, Федул, Ферапонт. Поскольку среди купечества было немало старообрядцев, не принявших изменений, внесенных в состав и формы русских имен в XVII в., среди купеческих сохранялись имена в первоначальной форме: Сава, Статей (с одним в), Викула(соответствующее официальному календарному Вукол) и т. п.
Многие имена не имели яркого отпечатка какой-либо среды: ими звались лица принадлежавшие к любому со- словию: Петр, Алексей, Иван, Илья, Никита, Василий, Евгения, Варвара, Марфа.
Так, наиболее распространенными в XIX в. были мужские имена Иван, Василий, Михаил, Степан, Петр, Павел, Яков и женские Аннах Елена, Прасковья, Ольга, Евдокия, Татьяна, Наталия.
В наши дни к числу самых распространенных имен относятся мужские: Александр, Владимир, Николай, Сергей, Михаил, Алексей, Юрий, Игорь, Дмитрий, Андрей и женские Татьяна, Светлана, Наталия, Галина, Елена, Ирина, Ольга, Марина. При этом характерно и следующее: абсолютно равномерного распределения имен по частоте употребления не было никогда. Всегда, даже в древне-русский период, были имена редкие, ограниченного рас-пространения, частотные и высокочастотные. Менялся лишь их состав: одни имена постепенно вытесняли другие,, становились массовыми, потом, словно устав от частого употребления, уходили в запас, уступая свое место «све-жим» именам, которые не были абсолютно новыми для рус-ского языка, но как бы дожидались своей очереди, чтобы стать ведущими.
О реальном бытовании имен в русских семьях можно судить по пьесам А. Н. Островского, который создал широкую галерею типичных представителей различных слоев русского общества. Естественно, что в его пьесах отразилась и специфика именования лиц разных классов^ а также частотность отдельных имен и их сочетаний. Нами проведено сплошное обследование имен в пьесах А. Н. Островского. При этом учитывались не только имена, но и отчества, как своеобразное отражение имен предыдущего поколения. Таким образом за единицу учета принимается каждое имяупотребление в одной пьесе. К числу самых частотных у А. Н. Островского относятся: Иван (43+1 Ваня + 1 Иванушка), Василий (30+1 Вася), Григорий (15+3 Гриша+3 Гришка), Дмитрий (12+1 Митя), Андрей (12), Михаил!Михайло(12), Павел (10+1 Павлик), Петр (22+1 Петя),Гаврило /Гаврила (11), Семен (9+1 Сеня); Анна (10+2 Аннушка), Марья (4+3 Маша+1 Машенька), Матрена 6, Лизавета (1+2 Лиза+1 Лизанька), Софья (3+1 София). А. Н. Островский тонко чувствовал социальные и речевые различия и в отдельных ситуациях для лиц различных общественных слоев использовал характерные варианты имен, например, Кирил и Кирилл, София и Софья, Арина и Ирина, Полагея и Пелагея и т. д., а также соответству- ющие уменьшительные в ласкательные: Гриша, Гришка, Химка (Афимка), Феклуша, Параша, Паша, С теша, Липочка, Елеся и т. д. В исторических пьесах или в пьесах, относящихся к отдаленной эпохе, в том числе и в весенней сказке «Снегурочка», представлены дохристианские не-календарные имена: Бакула, Бермята, Беспута, Бессуд-ный, Бирюч, Брусило, Вотря, Дружина, Жук, Заяц, Кубас, Кулик, Лель, Малыш, Мизгирь, Мураш, Неж- дан, Неустройко, Нечай, Смирной, Третьяк, Щербак и др. Для показа молодых людей с известными претензиями используются французские имена: Полина, Жорж, Поль, Пьер.
Если считать варианты одного имени за одну онома-стическую единицу, то в пьесах А. Н. Островского использовано 76 календарных женских имен и 179 мужских, 33 мужских некалендарных имени и 4 женских. При этом имена нерусских персонажей (поляков, татар) и даже близких к русским по языку п именованию украинцев, запорожцев не учитывались.
Чтобы пьеса была правдивой, имена ее персонажей должны соответствовать действительному характеру именования людей, данной социальной группы. Поэтому Аграфена Кондратъеена не может быть Агриппиной Код- ратовной, как эти имена записаны в календарях (Свои люди — сочтемся); Арина Егоровна (Бедная невеста) не может быть Ириной Георгиевной, Домна Евсиг- невна — Домниной Евстигнеевной. Характерно, что ни разу не употреблены формы имен Евдокия (но лишь Авдотья), Гликерия (но только Лукерья и Луша), ни разу Елизавета, Екатерина, Анастасия, Памфил, Иоаким, Акилина, Матрона (как это значилось в календарях), но только Лизавета, Катерина, Настасья, Панфил, Аким, Акулина, Матрёна.
Интересно и следующее: героине пьесы «Таланты н поклонники» Негиной А. Н. Островский дал свое имя и отчество — Александра Николаевна. По-видимому, в ее судьбе он отразил тяготы жизни человека, связанного с искусством, вложив в ее образ много личных переживаний. Он как бы создал свой двойник в женском обли- чии, добавив к тем сложностям, с которыми сталкивается талантливый мужчина, еще и специфические трудности, подстерегающие талантливую женщину.
В настоящее время, когда мы стоим перед необходимостью формирования нового российского имелника, совершенно очевидно, что старые календарные имена могут со- ставить лишь часть его, поскольку опп были ориентиро- ваиві на состав не русского, а византийского греческого языка. Среди них отсутствовали имена, содержащие буквы ж, ш, б, ц, щ, ч, э, ю, я. Исключение — имя Борис, история которого не вполне ясна. Современный именник активно пополняется за счет имен, содержащих указанные буквы, в основном посредством заимствования из языков народов других стран: женские Цвета, Цветина, Циала, Чара, Чинара, Эвелина, Эврика, Эдда, Элегия, Эльза, Эстелина, Юдита, Юзефа, Юлета, Юлина, Яна, Янетта, Янина и др.
<< | >>
Источник: А. В. Суперанская. Имя — через века и страны / Изд. 2-е, испр.М.: Издательство ЛКИ,2007. — 192 с.. 2007

Еще по теме Простые русские имена:

  1. Русские психиатры, «унесенные ветром». Некоторые незаслуженно забытые имена
  2. Лишай пузырьковый простой (простой герпес)
  3. XV. Резолюции стокгольмского съезда «русских» крамольников. Из «Русского Дела», от 17 июня 1906 г. , №24.
  4. Фундаментальная теорема для конструирования простых микроскопов и расчет некоторых простых микроскопов
  5. Несклоняемые имена существительные.
  6. Бархударова С.Г.. Домашняя работапо русскому язку за 9 класск учебнику «Русский язык. 9 класс» Бархударова С.Г.и др., М.: «Просвещение», 2000г., 2000
  7. Баранова М.Т. и др. Домашняя работапо русскому языку за 6 класск учебнику «Русский язык. 6 класс» Баранова М.Т. и др ., М.: «Просвещение», 2000г., 2000
  8. ИМЕНА СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ
  9. Древнерусские имена до берестяных грамот
  10. 134.Несклоняемые имена существительные